Правовая природа решений конституционного суда российской федерации. Юридическая сила решений конституционного суда российской федерации Правовая природа интерпретационных актов конституционного суда рф

"Трудовое право", 2009, N 3

В настоящее время одной из самых дискутируемых теоретических и практических тем научных исследований является правовая природа постановлений Конституционного Суда РФ. Так, В.Д. Зорькин утверждает: "Поскольку Конституционный Суд обладает самостоятельной правотворческой функцией, следует признать, что его решения приобретают прецедентный характер и становятся источниками права <1>. Более того, - добавляет В.Д. Зорькин, - юридическая сила итоговых решений Конституционного Суда превышает юридическую силу любого закона, а соответственно, практически равна юридической силе самой Конституции" <2>. М.И. Байтин, возражая против такой точки зрения В.Д. Зорькина, пишет: "Автор выступает не в порядке продолжения научной дискуссии, не приводит каких-либо новых доводов в обоснование своих взглядов, а формирует их, как нечто само собой разумеющееся, как свершившийся факт, как не вызывающую сомнения данность" <3>.

<1> Зорькин В.Д. Прецедентный характер решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал российского права. 2004. N 12. С. 4.
<2> Там же. С. 5.
<3> Байтин М.И. О юридической природе решений Конституционного Суда РФ // Государство и право. 2006. N 1. С. 5.

Статья 73 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" содержит понятие "правовые позиции" Конституционного Суда РФ. Анализируя правовую природу правовых позиций Конституционного Суда РФ, Г.А. Гаджиев полагает: "В мире юридических явлений правовые позиции КС ближе всего находятся к racio decidendi, и в силу этого именно правовые позиции КС следует считать источниками права" <4>. Развивая эту позицию, Л.В. Лазарев считает: "Прецедентный характер акта конституционной юрисдикции означает, что выраженная в нем правовая позиция относительно конституционности конкретного акта или нормы является образом (правилом), которым должны руководствоваться (выделено мной. - Е.Е.) законодательные, судебные и иные органы, должностные лица при решении вопросов в рамках своей компетенции" <5>.

<4> Гаджиев Г.А. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 1999. N 3. С. 82.
<5> Лазарев Л.В. Конституционный Суд РФ и развитие конституционного права // Журнал российского права. 1997. N 1. С. 4.

Профессор Р.З. Лившиц, анализируя данную проблему с позиции теории права, полагал: "С теоретических позиций закон перестал быть единственным выражением и воплощением права. И следовательно, не только законодательство может рассматриваться в качестве источника права. Если судебная практика начала отражать и реализовывать гуманистические, справедливые, подлинно правовые начала, то отпали теоретические предпосылки для непризнания ее источником права" <6>.

<6> Лившиц Р.З. Судебная практика как источник права // Судебная практика как источник права. М., 1997. С. 5.

О.С. Хохрякова занимает в данном вопросе более взвешенную позицию: "Решения Конституционного Суда РФ, безусловно, являются самостоятельным источником трудового права и права на социальное обеспечение. Правовые позиции и основанные на них итоговые выводы (резолютивная часть решения) имеют нормативное содержание. По своим юридическим свойствам и последствиям решения Конституционного Суда РФ близки к нормативным актам, хотя и не являются таковыми. Конституционный Суд РФ иногда называют негативным законодателем, поскольку в тех случаях, когда норма или акт признаются не соответствующими Конституции Российской Федерации, они утрачивают силу, что означает фактически их устранение из правовой системы" <7>. В то же время академик В.С. Нерсесянц справедливо полагал, что суд является не правотворческим, а правоприменительным органом, имеющим право лишь толковать применяемые нормативные правовые акты <8>.

<7> Хохрякова О.С. Правовые позиции Конституционного Суда РФ и их значение для применения трудового законодательства и законодательства о социальном обеспечении // Вопросы трудового права. 2006. N 9. С. 19.
<8> Нерсесянц В.С. Суд не законодательствует и не управляет, а применяет право // Там же. С. 38.

В юридической литературе оценочное понятие "источник права" традиционно рассматривается в двух аспектах: в широком - как причины и закономерности правообразования и генезиса права; в узком - как способ закрепления и существования норм права <9>. В Постановлениях и Определениях Конституционного Суда РФ по данному вопросу возможно обнаружить весьма противоречивую позицию. Так, с одной стороны, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 29 января 2004 г. N 2-П правомерно указано: гражданин В.И. Куландин "по существу требует, чтобы данная льгота была распространена на другие категории пенсионеров, т.е. фактически ставит вопрос о внесении изменений в действующее законодательство. Между тем разрешение такого рода вопросов к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации не относится (выделено мной. - Е.Е.)". Такая же позиция Конституционного Суда РФ нашла свое отражение и в целом ряде его Определений. Например , в Определении Конституционного Суда РФ от 6 февраля 2003 г. N 105-О отмечено: "Разрешение данного вопроса является прерогативой законодателя и не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации".

<9> Гранат Н.Л. Источники права // Юрист. 1998. N 9. С. 6 - 12.

Вместе с тем, с другой стороны, несмотря на то что в соответствии со ст. 3 Федерального конституционного закона от 21 июня 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" (с последующими изменениями и дополнениями) Конституционный Суд РФ "разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации (выделено мной. - Е.Е.), федеральных законов, нормативных указов Президента Российской Федерации", достаточно часто в его постановлениях и определениях записано: "Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в..." (см., например: Постановление Конституционного Суда РФ от 29 января 2004 г. N 2-П). Более того, в отдельных случаях Конституционный Суд РФ делает и следующий шаг, устанавливая: "правовая позиция, изложенная Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от... конкретизирована в определении от..." (там же). Таким образом, возникает целый ряд вопросов. Например , может ли Конституционный Суд РФ выполнять правотворческую функцию, вырабатывая правовые позиции - самостоятельные источники права? Если да, то только в постановлениях или также в отказных определениях?

Практика Конституционного Суда РФ самая разнообразная. Так, 4 февраля 1992 г. Конституционный Суд РСФСР принял Постановление N 2П-3 "По делу о проверке конституционности правоприменительной практики расторжения трудового договора по основанию, предусмотренному пунктом 1.1 статьи 33 КЗоТ РСФСР", признав "обыкновение правоприменительной практики расторжения трудового договора по достижении работником пенсионного возраста при наличии права на полную пенсию по старости, сложившееся в результате применения пункта 1.1 статьи 33 Кодекса законов о труде РСФСР и Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 26 апреля 1984 г. N 3 "О применении судами законодательства, регулирующего заключение, изменение и прекращение трудового договора", не соответствующим Конституции РСФСР". Конституционный Суд РСФСР, в частности, установил: "В соответствии со статьей 14 Конституции РСФСР всем лицам, занятым на производстве, гарантируются законом, без каких-либо различий, справедливые условия найма, увольнения, оплаты и охраны труда. Из содержания... Конституции вытекает, что, во-первых, дискриминация граждан не допускается не только по прямо указанным в статье 32 Конституции, но и по другим признакам; во-вторых, закон должен обеспечивать равенство граждан при реализации права на труд; в-третьих, пенсионный возраст не может служить препятствием для осуществления этого права... Суды, рассматривая дела о восстановлении на работе лиц, уволенных в связи с достижением ими пенсионного возраста, не вправе были отказаться от оценки обоснованности увольнения и при наличии уважительных причин для расторжения трудового договора должны были потребовать от администрации предоставления увольняемым установленных законом гарантий и компенсаций".

Думаю, данное Постановление Конституционного Суда не утратило своего практического значения и в настоящее время, так как ч. 2 ст. 59 ТК РФ вновь предусматривает возможность заключения срочного трудового договора по соглашению сторон с поступающими на работу пенсионерами по возрасту. Как и Конституция РСФСР, Конституция Российской Федерации "гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств" (ч. 2 ст. 19).

В этой связи весьма последовательным и убедительным представляется п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 декабря 2006 г. N 63 "О внесении изменений и дополнений в Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации"), в соответствии с которым, "решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, установленных Кодексом или иными федеральными законами (часть вторая статьи 58, часть первая статьи 59 ТК РФ).

В соответствии с частью второй статьи 58 ТК РФ в случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть вторая статьи 59 ТК РФ), т.е. если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя.

Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок" <10>.

Полагаю, убедительным подтверждением производности (а не самостоятельности) правовых позиций Конституционного Суда РФ от Конституции РФ является также и Постановление от 3 июня 2004 г. N 11-П "По делу о проверке конституционности положений подпунктов 10, 11 и 12 пункта 1 статьи 28, пунктов 1 и 2 статьи 31 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" в связи с запросами Государственной Думы астраханской области, Верховного Суда Удмуртской Республики, Биробиджанского городского суда Еврейской автономной области, Елецкого городского суда Липецкой области, левобережного, октябрьского и советского районных судов города Липецка, а также жалобами ряда граждан". Конституционный Суд РФ сделал аргументированный вывод: "В результате изменений, внесенных в правовое регулирование пенсионного обеспечения оспариваемыми нормами Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", граждане, относящиеся к одной и той же по характеру профессиональной деятельности категории, оказались в неравном положении... По смыслу статей 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации форма собственности как таковая не может служить достаточным основанием для дифференциации условий назначения трудовых пенсий по старости лицам, работающим в учреждениях для детей, учреждениях здравоохранения, театрах или театрально-зрелищных организациях в одних и тех же по своим функциональным обязанностям должностях и по одним и тем же профессиям... То обстоятельство, в чьем ведении находятся эти учреждения и кому принадлежит закрепленное за ними имущество - государству, муниципальному образованию, акционерному обществу и пр., само по себе не предопределяет различий в условиях и характере профессиональной деятельности их работников и не свидетельствует о существовании таких различий. К тому же финансирование досрочных трудовых пенсий по старости, назначаемых в соответствии с оспариваемыми нормами статьи 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях Российской Федерации", производится на общих основаниях".

В соответствии со ст. 71 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" "решение, принятое как в пленарном заседании, так и заседании палаты Конституционного Суда Российской Федерации, является решением Конституционного Суда Российской Федерации. Итоговое решение Конституционного Суда Российской Федерации по существу любого из вопросов, перечисленных в пунктах 1, 2, 3 и 4 части первой статьи 3 настоящего Федерального конституционного закона, именуется постановлением... Все иные решения Конституционного Суда Российской Федерации, принимаемые в ходе осуществления конституционного судопроизводства, именуются определениями". Руководствуясь п. п. 1, 2, 3 и 4 ч. 1 ст. 3 данного Федерального конституционного закона, Конституционный Суд Российской Федерации: разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации указанных в законе нормативных правовых актов; разрешает споры о компетенции органов государственной власти, установленных законом; по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле; дает толкование Конституции Российской Федерации.

В процессуальных кодексах Российской Федерации постановление суда первой инстанции, которым дело разрешается по существу, традиционно называется решением (см., например: ст. 194 ГПК РФ, ст. 167 АПК РФ). В процессе рассмотрения дела суд вправе выносить определения, в частности об обеспечении иска (ст. ст. 139 - 146 ГПК РФ, ст. ст. 90 - 100 АПК РФ), приостановлении производства по делу (ст. ст. 215 - 219 ГПК РФ, ст. ст. 143 - 147 АПК РФ), прекращении производства по делу (ст. ст. 220 - 221 ГПК РФ, ст. ст. 150 - 151 АПК РФ). Статья 224 ГПК РФ подчеркивает: определения - это "судебные постановления суда первой инстанции, которыми дело не разрешается по существу". "Основным отличием определения от решения, - справедливо отмечает М.Ш. Пацация, - является то, что в определениях не дается ответа по существу заявленных требований" <11>.

<11> Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации / Под редакцией Г.А. Жилина. М., 2003. С. 442.

В то же время, к сожалению Конституционный Суд Российской Федерации: во-первых, в так называемых отказных определениях достаточно часто дает ответ по существу (нередко весьма спорный); во-вторых, сужает действие ранее принятого постановления более поздним определением, вольно или невольно ограничивая трудовые права работников. Например , Конституционный Суд РФ Определением от 4 марта 2004 г. N 138-О "По жалобе гражданина Каленова Андрея Федоровича на нарушение его конституционных прав положением подпункта "и" пункта 7 Правил исчисления непрерывного трудового стажа рабочих и служащих при назначении пособий по государственному социальному страхованию и абзаца второго пункта 16 Постановления ЦК КПСС, Совета Министров СССР и ВЦСПС от 13 декабря 1979 года N 1117 "О дальнейшем укреплении трудовой дисциплины и сокращении текучести кадров в народном хозяйстве" - по существу совершенно обоснованно, но по форме судебного решения спорно (Определение, а не Постановление) - прямо "определил", что названные выше нормативные правовые акты "не подлежат применению судами, другими органами и должностными лицами как противоречащие статьям 19 (части 1 и 2), 37 (часть 1), 39 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации". В Определении справедливо отмечается: предусмотренное оспариваемыми нормами правило о том, что непрерывный трудовой стаж, учитываемый при назначении пособий по временной нетрудоспособности, не сохраняется при повторном увольнении по собственному желанию без уважительных причин, если со дня, предшествующего увольнению по такому же основанию, не прошло 12 месяцев, противоречит Конституции РФ, так как препятствует свободному выбору места работы и существенно уменьшает размер пособия по государственному социальному страхованию. Представляется, с правовой точки зрения было бы более обоснованно в данном случае Конституционному Суду РФ вынести мотивированное судебное решение в форме постановления.

8 апреля 2004 г. Конституционный Суд РФ принял Определение N 167-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ф.Ф. Чертовского на нарушение его конституционных прав положением части первой статьи 177 Трудового кодекса Российской Федерации", практически рассмотрев по существу вопрос о соответствии Конституции РФ ч. 1 ст. 177 ТК РФ, гарантирующей компенсации работникам, совмещающим работу с обучением, только при получении образования соответствующего уровня впервые. Конституционный Суд РФ определил: "...законодатель - в силу требований статей 1 (часть 1), 7 (часть 1), 8 (часть 1), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации - должен обеспечивать баланс соответствующих конституционных прав и свобод, являющийся необходимым условием гармонизации трудовых отношений в Российской Федерации как социальном правовом государстве, что составляет правовую основу справедливого согласования прав и интересов работников и работодателей как сторон в трудовом договоре. Поэтому, закрепляя в Трудовом кодексе Российской Федерации гарантии и компенсации для работников, совмещающих работу с обучением в высших учебных заведениях, и возлагая на работодателей обязанности по их обучению, включая обязанность сохранять за периоды освобождения от работы в связи с обучением среднюю заработную плату, производить иные выплаты, законодатель вправе предусмотреть в качестве условия предоставления такого рода гарантий и компенсаций за счет средств работодателя получение работником образования данного уровня впервые".

На практике много вопросов возникает и по ст. 127 "Реализация права на отпуск при увольнении работника" ТК РФ. 5 февраля 2004 г. Конституционный Суд РФ практически по существу рассмотрел вопрос о соответствии Конституции РФ данной статьи, приняв Определение N 29-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Новиковой Инны Ивановны на нарушение ее конституционных прав положениями статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации". Согласно ч. 1 и 2 ст. 127 ТК РФ в прежней редакции "при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска. По письменному заявлению работника неиспользованные отпуска могут быть предоставлены ему с последующим увольнением (за исключением случаев увольнения за виновные действия)".

Конституционный Суд РФ определил: "Особый порядок реализации права на отпуск при увольнении работника, установленный частью первой статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации, является исключением из данного общего правила. Данная норма, рассматриваемая во взаимосвязи с другими нормами, содержащимися в указанных статьях Трудового кодекса Российской Федерации, представляет собой специальную гарантию, обеспечивающую реализацию конституционного права на отдых для тех работников, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию или по инициативе работодателя и по разным причинам на момент увольнения своевременно не воспользовались своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск... оспариваемые положения статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие какие-либо конституционные права и свободы заявительницы".

Более сложной является проблема, когда Конституционный Суд РФ выносит спорные определения, разрешая вопрос по существу. Так, 21 декабря 2000 г. Конституционный Суд РФ принял Определение N 275-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Новичковой Татьяны Николаевны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 211 Кодекса законов о труде Российской Федерации". В процессе рассмотрения Конституционным Судом РФ в пленарном заседании данной жалобы было установлено, что решением Ханты-Мансийского городского суда Тюменской области Т.Н. Новичковой, уволенной за совершение проступка, несовместимого с требованиями, предъявляемыми к личным нравственным качествам сотрудника органов внутренних дел, было отказано в иске о восстановлении на работе, поскольку она обратилась в суд за разрешением трудового спора по истечении месячного срока, установленного ч. 1 ст. 211 КЗоТ Российской Федерации. Суд при этом не признал причины пропуска срока уважительными. Конституционный Суд РФ пришел к выводу: "Оспариваемая норма не может рассматриваться как нарушающая конституционные права заявительницы, а ее жалоба не может быть признана допустимой". Какие же доводы приводил Конституционный Суд РФ? Первый: "Часть первая статьи 211 КЗоТ Российской Федерации соотносится с положением статьи 37 (часть 4) Конституции Российской Федерации о признании права на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения. Предусмотренный ею для обращения в суд по делам об увольнении месячный срок направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на труд в случаях незаконного расторжения работодателем трудового договора и право на защиту от безработицы". Второй, на мой взгляд, еще более спорный: "Установив такой, а не более продолжительный срок, законодатель учел как интерес работодателя, связанный с подбором кадров, так и интересы нового работника, занявшего спорную должность и подлежащего увольнению в случае удовлетворения иска прежнего работника о восстановлении на работе".

В то же время, во-первых, ст. 37 Конституции РФ лишь признает право на индивидуальные и коллективные трудовые споры, целью которых, думаю, прежде всего является защита нарушенных трудовых прав в возможно короткие сроки. Во-вторых, права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральным законом. Статья 211 КЗоТ РФ не содержала нормы о том, что пропуск работником срока для обращения в суд являлся самостоятельным основанием для отказа в иске. Например , п. 2 ст. 199 ГК РФ устанавливает: "Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске". В-третьих, способ защиты нарушенных прав работника - "восстановление на работе" - тождествен способу защиты гражданских прав - "восстановление положения, существовавшего до нарушения права" (ст. 12 ГК РФ). Полагаю, восстановление трудовых прав уволенного работника, существовавших до нарушения права, вряд ли можно ставить в зависимость от трудовых прав нового работника. В соответствии с п. 6 ст. 33 КЗоТ РФ администрация обязана была расторгнуть трудовой договор с новым работником в случае восстановления на работе работника, ранее выполнявшего эту работу. В-четвертых, данная проблема чрезвычайно актуальна и в настоящее время, так как ст. 392 ТК РФ и в редакции Федерального закона от 30.06.2006 N 90-ФЗ вновь не отвечает на этот вопрос. Согласно ч. 1 и 3 ст. 392 ТК РФ "работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки... При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом".

На практике возникает несколько вопросов, на которые законодатель не ответил. Первый: как должен поступать суд в случае пропуска работником срока для обращения в суд без уважительных причин? Второй: нужно ли суду принимать к рассмотрению требование о защите нарушенных трудовых прав работника независимо от истечения срока обращения в суд (например, согласно п. 1 ст. 199 ГК РФ "требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности")? Третий: последствия нарушения работником срока обращения в суд применяются судом только по заявлению ответчика или по собственной инициативе (например, "исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре" (п. 2 ст. 199 ГК РФ))? Четвертый: в какой судебной инстанции можно заявлять о нарушении работником срока обращения в суд (так, п. 2 ст. 199 ГК РФ такое право предоставляет стороне лишь до вынесения судебного решения)? Пятый: последствия нарушения срока обращения в суд одинаковы для работников и работодателей? Шестой: возможно ли восстановление срока обращения в суд для работодателя? Статья 205 ГК РФ, например, предусматривает возможность восстановления срока исковой давности лишь для граждан и только по обстоятельствам, "связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.)". Как представляется, на все эти и возможные другие вопросы может и должен ответить только законодатель, - на мой взгляд, по аналогии с нормами, содержащимися в ГК РФ.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 декабря 2006 г. N 63 "О внесении изменений и дополнений в Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации") "судья не вправе отказать в принятии искового заявления по мотивам пропуска без уважительных причин срока обращения в суд (части 1 и 2 статьи 392 ТК РФ) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть 2 статьи 390 ТК РФ), так как Кодекс не предусматривает такой возможности. Не является препятствием к возбуждению трудового дела в суде и решение комиссии по трудовым спорам об отказе в удовлетворении требования работника в связи с пропуском срока на его предъявление.

При подготовке дела к судебному разбирательству необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью 6 статьи 152 ГПК РФ возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть рассмотрено судьей в предварительном судебном заседании. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть 3 статьи 390 ТК РФ и часть 3 статьи 392 ТК РФ). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию, без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 ГПК РФ).

Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части 1 и 2 статьи 392 ТК РФ) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть 2 статьи 390 ТК РФ) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 ГПК РФ), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи)" <12>.

Что же можно делать правоприменителям до того, когда правотворческие органы восполняют пробел в трудовом праве? Некоторые судьи, думаю, по меньшей мере спорно рассматривая трудовые споры, по межотраслевой аналогии применяют ст. ст. 195 - 208 ГК РФ. Однако эти нормы, во-первых, регулируют гражданские отношения, связанные с исковой давностью, а не трудовые отношения, возникающие в связи со сроками обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Во-вторых, согласно ст. 2 ГК РФ гражданское законодательство регулирует только гражданские отношения. В-третьих, права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральным законом, регулирующим данные правоотношения (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). Думаю, при таком подходе до восполнения законодателем пробела в трудовом праве возможно только рассмотрение спора по существу. Косвенно такой вывод подтверждается и Определением Конституционного Суда РФ от 22 июня 2000 г. N 168-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО "Термотрон" на нарушение конституционных прав и свобод частью третьей статьи 211 Кодекса законов о труде Российской Федерации", согласно которому "часть третья статьи 211 КЗоТ Российской Федерации, по сути, относится к нормам, регулирующим условия, порядок и сроки реализации данного конституционного права, и направлена не на ограничение, а на расширение гарантий судебной защиты прав и интересов участников трудовых споров в случае пропуска ими по уважительной причине сроков для обращения в суд с заявлением о разрешении трудового спора".

19 февраля 2004 г. Конституционный Суд РФ принял Определение N 54-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Смирнова Николая Георгиевича на нарушение его конституционных прав положением части первой статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации". Н.Г. Смирнов, работавший фрезеровщиком в ОАО "Водтрансприбор", был уволен за прогул без уважительных причин в связи с невыходом на работу по уборке территории предприятия, на которую он был переведен на основании ч. 1 ст. 74 ТК РФ. Решением Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга, оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда и Верховным Судом РФ, действия работодателя были признаны законными. В своей жалобе в Конституционный Суд РФ Н.Г. Смирнов оспаривал конституционность ч. 1 ст. 74 ТК РФ, полагая, что она не соответствует ст. ст. 15 (ч. 4), 37 (ч. 1 и 2) и 55 (ч. 3) Конституции РФ. Конституционный Суд РФ, находя ст. 74 ТК РФ соответствующей Конвенции МОТ от 28 июня 1930 г. N 29 "Относительно принудительного или обязательного труда", ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1956 г., посчитал, что положения данной Конвенции "по существу воспроизведены в частях первой, второй и четвертой статьи 4 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми принудительный труд - выполнение работы под угрозой применения какого-либо наказания (насильственного воздействия) - запрещен; к принудительному труду не относится работа, выполняемая в условиях чрезвычайных обстоятельств, т.е. в случаях объявления чрезвычайного или военного положения, бедствия или угрозы бедствия (пожары, наводнение, голод, землетрясение, сильные эпидемии или эпизоотии), а также в иных случаях, ставящих под угрозу жизнь или нормальные жизненные условия всего населения или его части". Кроме того, по мнению Конституционного Суда РФ, ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации закреплен ряд требований, направленных на защиту трудовых прав работника в случае временного перевода на другую работу без его согласия, и выполнение которых обязательно для работодателя: оплата не ниже среднего заработка по прежней работе (ч. 1), осуществление перевода работника на работу, требующую более низкой квалификации, с его письменного согласия (ч. 3). "Следовательно, - сделал вывод Конституционный Суд РФ, - оспариваемое Н.Г. Смирновым положение части первой статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации, рассматриваемое в системной связи с другими его положениями, а также нормами Конвенции МОТ от 28 июня 1930 г. N 29, само по себе не нарушает какие-либо конституционные права и свободы или запрет принудительного труда, закрепленный в статье 37 (часть 2) Конституции Российской Федерации".

19 февраля 2004 г. Конституционный Суд РФ принял также Определение N 55-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Антонова Александра Алексеевича на нарушение его конституционных прав положением части первой статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации", повторив аргументы, изложенные в Определении N 54-О.

Вместе с тем, во-первых, согласно ч. 3 ст. 74 ТК РФ в прежней редакции работник мог быть переведен на работу, требующую более низкой квалификации, только с его письменного согласия. Н.Г. Смирнов работал фрезеровщиком и был переведен "на работу по уборке территории предприятия". Во-вторых, в ч. 1 ст. 74 ТК РФ в прежней редакции в одном ряду (через запятую) с работой или службой, требуемой в условиях чрезвычайных обстоятельств (для предотвращения катастрофы, производственной аварии либо устранения последствий катастрофы, аварии или стихийного бедствия, предотвращения несчастных случаев, простоя, уничтожения или порчи имущества), к сожалению, находилось также и другое основание - "для замещения отсутствующего работника". Думаю, перевод фрезеровщика - квалифицированного работника - на работу по уборке территории предприятия весьма сложно было соотнести с работой, требуемой в условиях чрезвычайных обстоятельств. При таком подходе норма о временном переводе на другую работу в случае производственной необходимости "для замещения отсутствующего работника", думаю, была весьма спорной с точки зрения ч. 2 ст. 37 Конституции РФ и Конвенции МОТ от 28 июня 1930 г. N 29, запрещающих принудительный труд, то есть труд без согласия работника. Согласно ст. 2 Конвенции МОТ N 29 термин "принудительный или обязательный труд" означает всякую работу или службу (выделено мной. - Е.Е.), требуемую от какого-либо лица под угрозой какого-либо наказания, для которой это лицо не предложило добровольно своих услуг", за определенными исключениями, установленными в данной статье, например кроме работы или службы, требуемой в условиях чрезвычайных обстоятельств. К таким исключениям из общего правила Конвенция МОТ N 29 не относит временный перевод на другую работу в случае "производственной необходимости" "для замещения отсутствующего работника".

Весьма характерно, что Федеральным законом от 30.06.2006 N 90-ФЗ, во-первых, оценочное понятие "производственная необходимость" было исключено из ТК РФ. Во-вторых, ТК РФ был дополнен ст. 72.2 "Временный перевод на другую работу", согласно ч. 2 и 3 которой "в случае катастрофы природного или техногенного характера, производственной аварии, несчастного случая на производстве, пожара, наводнения, голода, землетрясения, эпидемии или эпизоотии и в любых исключительных случаях, ставящих под угрозу жизнь или нормальные жизненные условия всего населения или его части, работник может быть переведен без его согласия на срок до одного месяца на не обусловленную трудовым договором работу у того же работодателя для предотвращения указанных случаев или устранения их последствий.

Перевод работника без его согласия на срок до одного месяца на не обусловленную трудовым договором работу у того же работодателя допускается также в случаях простоя (временной приостановки работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера), необходимости предотвращения уничтожения или порчи имущества либо замещения временно отсутствующего работника, если простой или необходимость предотвращения уничтожения или порчи имущества либо замещения временно отсутствующего работника вызваны чрезвычайными обстоятельствами, указанными в части второй настоящей статьи".

Еще больше теоретических и практических вопросов возникает в случаях, когда Конституционный Суд РФ своим более поздним Определением ограничивает действие ранее принятого Постановления. Так, ранее названным Постановлением Конституционного Суда РФ от 4 февраля 1992 г. N 2П-3 "По делу о проверке конституционности правоприменительной практики расторжения трудового договора по основанию, предусмотренному пунктом 1.1 статьи 33 КЗоТ РСФСР" Конституционный Суд РФ вполне правомерно п. 1.1 ст. 33 КЗоТ РСФСР признал не соответствующим Конституции РСФСР. Вместе с тем Определением Конституционного Суда РФ от 3 октября 2002 г. N 233-О разъяснено, что распространение изложенной в настоящем Постановлении правовой позиции, касающейся всех работников, чьи трудовые правоотношения реализовались в рамках трудового договора, заключенного на общих основаниях, на лиц, обладающих специальным правовым статусом, недопустимо.

Однако сам КЗоТ РФ содержал лишь ст. 3, согласно которой только "труд членов колхозов и иных кооперативных организаций регулируется их уставами, а также законодательством, относящимся к колхозам и иным кооперативным организациям". В теории права традиционно рассматривается проблема ограничительного толкования правовых норм. Видимо, настало время изучать и другую - проблему ограничительного толкования судебного решения. Согласно, например, ст. 200 ГПК РФ "после объявления решения суд, принявший решение по делу, не вправе отменять или изменять его. Суд может по своей инициативе или по заявлению лиц, участвующих в деле, исправить допущенные в решении суда описки или явные арифметические ошибки". В соответствии со ст. 179 АПК РФ только "в случае неясности решения арбитражный суд, принявший это решение, по заявлению лица, участвующего в деле, судебного пристава-исполнителя, других исполняющих решение арбитражного суда органа, организации вправе разъяснить решение без изменения его содержания".

"Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную" (ст. 10 Конституции РФ). Отсюда, на мой взгляд, следует, что суды являются правоприменительными органами. Думаю, в соответствии с Конституцией РФ суды могут лишь преодолевать пробелы в каждом конкретном споре (ad hoc), вырабатывать определенную судебную практику - правовые положения, которые в силу правовой природы суда не могут и не должны быть обязательными для других судов, а тем более для правотворческих органов, но могут ими лишь учитываться в правоприменительной и правотворческой деятельности. В противном случае уже суды будут выполнять несвойственную им правотворческую функцию, нарушая принцип разделения властей.

Конституционный Суд Российской Федерации по своей правовой природе, на мой взгляд, является специализированным судом, компетенция которого строго ограничена Конституцией РФ и Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации". Следовательно, Конституционный Суд РФ имеет право рассматривать дела, только отнесенные к его рассмотрению, принимать постановления и определения в пределах своей компетенции. В соответствии с устоявшейся доктриной в процессуальном праве, действующими процессуальными кодексами России, наконец, ст. 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" "итоговое решение Конституционного Суда Российской Федерации по существу... именуется постановлением... Все иные решения Конституционного Суда Российской Федерации, принимаемые в ходе осуществления конституционного судопроизводства, именуются определениями". Таким образом, определения Конституционного Суда РФ - это не решения суда по существу спора. В этой связи трудно согласиться с В.И. Анишиной, полагающей, что обязательные для судов правовые позиции Конституционного Суда РФ могут содержаться не только в резолютивной части постановлений, но также и в мотивировочной части постановлений и даже в отказных определениях и определениях о прекращении производства по делу <13>. Такая позиция В.И. Анишиной и, к сожалению, широко распространенная практика Конституционного Суда РФ, достаточно часто принимающего определения с так называемым положительным правовым содержанием, как представляется, не соответствуют и практике Европейского суда по правам человека, который выносит решения по существу - постановления, в некоторых случаях - по ускоренной процедуре, не останавливаясь на промежуточных определениях суда, так как до рассмотрения спора по существу, заслушивания участников процесса и исследования материалов дела правовая позиция суда, на мой взгляд, не может быть выработана.

<13> Анишина В.И. Правовые позиции Конституционного Суда России // Российская юстиция. 2000. N 7. С. 11 - 12.

Согласно ч. 5 ст. 125 Конституции РФ "Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации дает толкование Конституции Российской Федерации". "Толкование Конституции Российской Федерации, данное Конституционным Судом Российской Федерации, является официальным и обязательным для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений" (ст. 106 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации") <14>.

В связи с изложенными теоретическими и правовыми аргументами предлагаю рассматривать правовые позиции Конституционного Суда РФ в качестве специфических "прецедентов толкования" Конституции Российской Федерации, производных от буквального смысла Конституции РФ, а не самостоятельных форм (источников) права (в том числе трудового права).

Весьма характерным является вывод М.И. Байтина: "То, что В.Д. Зорькин именует самостоятельной правотворческой функцией Конституционного Суда, в действительности есть не "творение права" в форме судебного прецедента, а судебное толкование права путем издания Конституционным Судом РФ актов официального, общеобязательного... толкования" <15>.

<15> Байтин М.И. Указ. соч. С. 9.

В подтверждение своего вывода хотелось бы также привести и несколько Определений Конституционного Суда РФ. Так, в Определении Конституционного Суда РФ от 4 ноября 2004 г. N 343-О "Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Советского районного суда города Красноярска о проверке конституционности части первой статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации" дано толкование ст. ст. 34 и 35 Конституции РФ: "Норма, содержащаяся в части первой статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации, не может рассматриваться как устанавливающая несоразмерное ограничение прав работодателей, гарантированных статьями 34 (часть 1) и 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации" <16>. В Определениях Конституционного Суда РФ от 20 октября 2005 г. N 378-О, от 20 июня 2006 г. N 171-О и от 18 июля 2006 г. N 317-О строго в соответствии с Конституцией РФ записано: "Разрешение вопроса о... является прерогативой законодателя и не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации" <17>.

<16> СЗ РФ. 20.12.2004. N 51. Ст. 5263.
<17> Официально не опубликованы.

В общей теории права толкование права принято рассматривать как уяснение имеющейся нормы для себя и ее разъяснение для других. На мой взгляд, к сожалению, некоторые специалисты проводят знак равенства между толкованием, конкретизацией и правотворчеством. Такая весьма спорная теоретическая позиция может привести судебные и правотворческие органы к серьезным негативным практическим последствиям. "Понятие толкования применимо только по отношению к процедурам целенаправленной смысловой интерпретации знаковых текстов, - справедливо отмечает И.П. Малинова. - Толкование предполагает внешнюю ориентированность, нацеленность не только на извлечение некоторого смысла, но и на презентацию, обоснование его в другом сознании... Толкование всегда имеет дискурсивный, логически опосредованный характер и связано с манипулированием смыслами, которые не всегда совпадают с внутренним текстом" <18>.

<18> Малинова И.П. Юридическая герменевтика и правопонимание. Екатеринбург, 1999. С. 31.

Таким образом, толкование права - это только уяснение для себя и разъяснение для других действительного смысла правовых норм. Конкретизация же нормативных правовых актов, как правило, предполагает необходимость их предварительного толкования, но характеризуется детализацией, углублением и уточнением имеющихся правовых норм. Наконец, правотворчество - устранение правотворческими органами пробелов в нормативных правовых актах. Думаю, Конституционный Суд РФ может только толковать Конституцию Российской Федерации, вырабатывая обязательные для всех специфические "прецеденты толкования".

Изменять и дополнять Конституцию России, динамически ее развивать, а также конкретизировать иные нормативные правовые акты, на мой взгляд, имеют право только соответствующие управомоченные субъекты правотворчества. В этой связи представляются дискуссионными ст. 13 ГК РФ, предоставляющая судам право признавать недействительными акты государственного органа или органа местного самоуправления, и ст. 253 ГПК РФ, в соответствии с которой суды имеют право признавать нормативный правовой акт недействующим и не подлежащим применению.

С учетом изложенных выше теоретических и правовых аргументов, по аналогии с ч. 2 ст. 125 Конституции РФ, предлагаю предоставлять всем судам право только "признавать правовые нормы, содержащиеся в нормативных правовых актах, не соответствующими правовым нормам, имеющим большую юридическую силу". В свою очередь, лишь правотворческие органы, принявшие оспоренные судом нормативные правовые акты, в порядке исполнения судебного решения будут обязаны признавать утратившими силу и недействующими соответствующие нормативные правовые акты в целом или их отдельные правовые нормы.

Определение Конституционного Суда РФ не является решением суда по существу спора (ст. 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"). Такой вывод также соответствует и практике Европейского суда по правам человека, который выносит решения суда по существу спора в форме постановлений. В некоторых случаях Европейский суд по правам человека принимает постановления по ускоренной процедуре, но не ограничивается промежуточными определениями суда, поскольку до рассмотрения спора по существу, заслушивания участников процесса и исследования материалов дела правовая позиция суда и не может быть выработана в принципе.

Е.А.Ершова

заведующая кафедрой

трудового права

Российской академии

Наибольшее значение для уголовного судопроизводства имеет такое полномочие Конституционного Суда РФ, как проверка конституционности законов и иных нормативных правовых актов. На практике такая проверка чаще всего производится по жалобам на нарушение прав и свобод граждан или по запросам судов(п. 3 ч. 1 ст. 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»). Важно отметить, что посредством этого полномочия Конституционный Суд может не просто толковать уже существующие законы, а исправлять их, приводить в соответствие с Конституцией, создавая таким образом новые правомерные нормы, которые встают на место признанных неконституционными. При этом Конституционный Суд не пересматривает само дело, а лишь принимает решение по вопросу о конституционности подлежащего применению в нем закона. Его постановления с полным основанием могут считаться самостоятельным источником права, поскольку, по существу, создают судебные прецеденты, т.е. обоснованные в судебных решениях новые правовые нормы, обязательные в дальнейшем для применения всеми судебными и иными органами. Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; признанные не соответствующими Конституции РФ не вступившие в силу международные договоры не подлежат введению в действие и применению; решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными, не должны исполняться и пересматриваются на основании решения Конституционного Суда РФ в установленном законом порядке (ч. 3 ст. 79 Закона). Прецедентные нормы создаются Конституционным Судом исходя из положений Конституции РФ, а также, как свидетельствует практика конституционного правосудия, из принципов и норм общего международного права. Значение таких полномочий Конституционного Суда можно рассматривать в нескольких аспектах. В политико-правовом плане оно состоит в том, что правовая система государства приобретает благодаря им устойчивость, гарантированность от нарушений конституционного порядка. В социально-правовом отношении последствия применения данного юридического механизма особенно примечательны - любой гражданин, даже тот, кто обвинен в совершении преступления, получает реальную возможность, опираясь на рычаг права, непосредственно влиять не только на исход своего конкретного дела, но и на сам закон, добиваясь его оперативного изменения. С технико-юридической точки зрения признание нормативного акта неконституционным обычно влечет его отмену компетентным органом и принятие другого акта, соответствующего решению Конституционного Суда.

Юридическая природа решений Конституционного Суда Российской Федерации, проблемы их исполнения

Введение

Глава I. Правовая природа решений Конституционного Суда РФ

1 Юридическая сила решений Конституционного Суда РФ

2 Место решений Конституционного Суда РФ в системе нормативных источников

Глава II. Исполнение решений Конституционного Суда РФ

1 Толкование законов в соответствии с Конституцией как обязанность всех правоприменителей

2 Решение Конституционного Суда РФ как юридический факт

3 Действие во времени решения Конституционного Суда

4 Восстановление конституционно-правовой интерпретации нормы Конституционным Судом

Заключение

Список использованной литературы

Глоссарий

конституционный суд закон правоприменитель

Введение

Актуальность темы исследования. Конституция РФ - это основа российской правовой системы, содержащий в себе фундаментальную правовую доктрин. Конституционные установления развиваются в нормативных правовых актах отраслевого законодательства (в том числе уголовного), которые опираются на Основной закон и являются в определенном смысле его конкретизирующими интерпретациями. Они должны соответствовать конституционно-правовым нормам, в противном случае создается угроза конституционному строю, основам правопорядка страны.

Судебная защита на основании обращений граждан, связанных с нарушением их прав, свобод и законных интересов государственными, муниципальными органами и их должностными лицами в российских судебных органах может осуществляться посредством конституционного, административного, гражданского судопроизводства и завершается в момент восстановления нарушенных прав, свобод и законных интересов на основании обязательных для исполнения судебных актов. При этом осуществление судебной защиты по таким обращениям производится Конституционным Судом РФ, конституционными (уставными) судами субъектов Российской Федерации, судами общей юрисдикции и арбитражными судами.

Конституционность положений отраслевого законодательства обеспечивается как законодателем в процессе принятия нормативных правовых актов, так и Конституционным Судом РФ - единственным государственным органом, имеющим право толковать Конституцию РФ и осуществлять конституционный нормоконтроль действующего законодательства посредством конституционного судопроизводства. Деятельность Конституционного Суда РФ оказывает серьезное воздействие на функционирование и развитие правовой системы России. Являясь высшим органом судебной власти по защите конституционного строя, прав и свобод человека и гражданина, он обладает широкими полномочиями, позволяющими оперативно изменять существующее правовое регулирование путем лишения юридической силы положений нормативных правовых актов или корректировать его, выявляя конституционный смысл действующих норм права.

Акты Конституционного Суда Российской Федерации выступают источником конституционного права России в случаях признания нормативных актов противоречащими Конституции РФ, в случае абстрактного толкования (не в связи с конкретным делом) Конституции РФ и установлении конституционно-правового смысла федеральных законов.

Объектом исследования выступают проблемы действия решений Конституционного Суда РФ.

Предмет исследования включает нормы действующего конституционного права и их применение.

Целью работы является исследование роли судебного решения Конституционного Суда РФ в качестве источника отрасли конституционного права Российской Федерации.

В соответствии с этой целью определяются задачи работы:

.исследовать решения Конституционного Суда Российской Федерации в системе источников российского конституционного права;

.проанализировать основные проблемы исполнения решений Конституционного Суда Российской Федерации.

Глава I. Правовая природа решений Конституционного Суда РФ

1.1 Юридическая сила решений Конституционного Суда РФ

Конституционное правосудие в России осуществляют Конституционный Суд РФ и 16 конституционных (уставных) судов субъектов РФ. Они выносят решения в форме постановлений, заключений и определений.

В отечественной науке отсутствуют комплексные исследования, посвященные правовой природе и юридической силе решений конституционных судов. По этому вопросу имеются лишь отдельные высказывания, е сопровождающиеся глубокой аргументацией. Отсутствие определенности в понимании юридической силы решений конституционных судов негативным образом сказывается не только на авторитете самих органов конституционного контроля, но и оказывает неблагоприятное воздействие на весь правоприменительный процесс в целом. Поэтому в юридической литературе постоянно ведутся споры о том, чем являются решения Конституционного суда: правоприменительными актами, судебными прецедентами, конституционной доктриной, правовыми преюдициями, нормативными актами или особыми источниками права. Так, например, B.C. Нерсесянц считал, что решение Конституционного Суда РФ о признании закона.Не соответствующим Конституции является правоприменительным актом. Действие признанного неконституционным положения отменяется не решением Конституционного Суда, а законодателем, в данном случае в силу прямого действия Конституции, установившей такое правило. Решение судебного органа о несоответствии рассматриваемого акта Конституции - лишь основание для отмены этого акта компетентным правотворческим органом, а не сама отмена.

Такой же позиции придерживался О.Е. Кутафин. Он полагал, что "...ни один суд вообще, в том числе конституционный, норм права создавать не может. Конституционный Суд должен только сравнивать с Конституцией проверяемые акты, нормы права. Если эти акты, их нормы соответствуют Конституции, Суд ничего в них менять не может. Если не соответствуют, он тоже ничего сам менять не может. Он принимает решение о несоответствии акта, его отдельных положений Конституции, с помощью этого решения, но в силу соответствующих конституционных норм, положений Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" прекращается действие противоречащей Конституции нормы. Таким образом, прекращение действия нормы связано не с правотворческим усмотрением Конституционного Суда, а с установлением им факта противоречия названной нормы Конституции".

Отдельные авторы определяют решения органов конституционной юстиции как форму выражения официальной конституционной доктрины. Так, например, Н.А. Богданова считает, что Конституционный Суд не создает право, его решения не являются частью нормативной системы, источником права, а представляют собой источник науки конституционного права, соединяющий в себе теоретическое и правовое начало. Наиболее полно такое соединение воплощается в понятии официальной конституционной доктрины.

Правовая доктрина - понятие многогранное. Это и правовые теории, и авторитетное мнение ученого-юриста, и признанные научные труды в области права, и комментарии законодательства. Т.М. Пряхина обоснованно утверждает, что доктрина - юридически значимый аргумент правовой позиции Конституционного Суда (например, доктрина федерализма, доктрина разделения властей). Однако необходимо признать, что конституционная доктрина формируется лишь совокупностью решений Конституционного Суда, а точнее, их правовых позиций, поэтому признать конституционную доктрину официальным источником отечественного права, по меньшей мере, преждевременно. Она воспринимается как точка зрения определенной группы специалистов.

По мнению всех перечисленных ученых, решения Конституционного Суда не являются источником права. Однако их позиция противоречит почти общепризнанному определению источника права как формы выражения общеобязательных правил поведения.

Свое определение источника права дал Г.Н. Муромцев. При этом он исходил из того, что если право отличается от других социальных регуляторов своим обязательным характером, то источником правовых норм является нечто, придающее ему эту общеобязательность. По его мнению, "под источником права следует понимать обусловленный характером правопонимания данного общества способ признания социальных норм в качестве общеобязательных. Созвучным с приведенным определением источника права является определение, данное французским ученым М. Виралли. Он считает, что источники права - это "способы формирования юридических норм, т.е. приемы и акты, посредством которых эти нормы вызываются к жизни, становятся составной частью позитивного права и обретают статус норм закона". Под законом М. Виралли понимал нормативный акт.

Общеобязательность решений Конституционного Суда РФ, конституционных (уставных) судов субъектов РФ установлена законами, регулирующими деятельность органов конституционной юстиции:

.решения конституционных (уставных) судов субъектов РФ окончательны, не подлежат обжалованию и вступают в силу немедленно после их провозглашения;

.решения конституционных (уставных) судов субъектов РФ действуют непосредственно и не требуют подтверждения другими органами и должностными лицами;

.акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу. Решения судови иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленном законом порядке;

.юридическая сила постановления конституционных (уставных) судов субъектов РФ о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием этого же акта. Если признание нормативного правового акта неконституционным создало пробел в правовом регулировании, непосредственно применяются нормы Конституции (Устава) субъекта Федерации.

Такие нормы имеются во всех законах о конституционных (уставных) судах субъектов Российской Федерации.

Таким образом, решения органов конституционной юстиции являются источниками права, обладающими рядом свойств, характерных для нормативных правовых актов. К ним относятся:

.общеобязательность решения конституционного (уставного) суда на всей территории субъекта Федерации (она отличается от обязательности исполнения решений других судов, так как носит общий характер);

.окончательность решения конституционного (уставного) суда, которое является окончательным и обжалованию не подлежит;

.непосредственность действия решения конституционного (уставного) суда, которое не требует его утверждения каким-либо нормативным правовым актом;

.непреодолимость решения конституционного (уставного) суда (юридическая сила решения не может быть преодолена повторным принятием того же акта).

С точки зрения С.А. Авакьяна, речь следует вести "о нормативном, и в этом плане о конструктивном значении актов конституционных судов, об их влиянии на развитие общественных отношений, поскольку после появления решения конституционного суда они уже будут возникать на основе не только нормативных актов соответствующих органов, но и актов конституционного суда. Причем нормы, сформулированные конституционным судом, либо могут оставаться самостоятельным фундаментом общественных отношений, либо воплотятся в коррективах, внесенных в свой нормативный акт соответствующим органом".

1.2 Место решений Конституционного Суда РФ в системе нормативных источников

В условиях отечественной правовой системы единственным источником права являлся нормативный акт. Поэтому понятие "система источников права" обычно заменяло понятие "система законодательства". На Западе традиционно признавалась множественность источников права. Так, Жан-Луи Бержель считает, что "хотя значимость и авторитет этих источников варьируются, что зависит как от конкретной юридической системы, так и от эпохи и страны, из всех них можно выделить закон, обычай, судебную практику и толкование законов (или учений). Принято также выделять "источники письменные", например закон, и "источники неписьменные", например обычай, или "источники прямые", например толкование закона и судебная практика...".

Л.В. Лазарев отмечает, что постановлениям Суда придаются свойства, присущие нормативным актам, (ибо такие акты направлены не только на установление, но и на изменение и отмену норм права или на изменение сферы их действия. Действительно решения органов конституционной юстиции обладают некоторыми признаками, присущими нормативным актам:

.они имеют такую же сферу действия во времени, в пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа;

.они рассчитаны на многократность применения, т.е. действуют постоянно и подлежат обязательному применению к неограниченному числу лиц;

.они оказывают воздействие на правовую систему в целом.

Вместе с тем решения органов конституционной юстиции, безусловно, не являются нормативными актами. Между ними существуют глубокие различия. Если законодатель устанавливает общеобязательные правила поведения, то конституционный суд их выявляет путем интерпретации нормативных актов. Конституционные (уставные) суды обладают государственно-властными полномочиями особого рода, имеющими общеобязательный характер, в том числе для законодателя. Суд осуществляет функцию по урегулированию, снятию противоречий в правовой и социальной действительности. Его постановления уточняют содержание проверяемых нормативных актов, преодолевают коллизии между нормами права, выявляют системные связи между ними, существенно воздействуя на правовое регулирование.

В.Д. Зорькин отмечает: "В российской юриспруденции существует взгляд на решения Конституционного Суда как на решения прецедентного характера. Действительно, некоторые существенные свойства решений Конституционного Суда, содержащих правовые позиции, сближают их с прецедентами. Так, его решения распространяются не только на конкретный случай, но и на все аналогичные случаи и имеют официальный характер, делающий их реализацию обязательной на всей территории страны. Поскольку можно говорить о самостоятельной правотворческой функции Конституционного Суда, следует признать, что его решения приобретают прецедентный характер и становятся источниками права".

Безусловно, отдельные свойства судебного прецедента характерны для решений органов конституционной юстиции. Но, по нашему мнению, между ними есть и существенные различия.

Судебный прецедент - "решение суда по конкретному делу, которое служит образцом для принятия в будущем решений по другим делам, возникающим в связи с аналогичными фактическими обстоятельствами""4. Судебное решение, становящееся прецедентом, обязательно, как правило, для судов, рассматривающих аналогичные дела, т.е. обладающих одинаковой подсудностью. Причем небольшая несхожесть в фабуле дела может повлечь принятие иного решения. На федеральном уровне, как и в субъекте РФ, функционирует один конституционный (соответственно - уставный) суд, и он не намерен выносить одинаковые решения. Однажды высказанная позиция Конституционного Суда РФ служит основанием для отказа в принятии к производству аналогичных дел. К тому же в соответствии со ст. 6 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" решения Конституционного Суда Российской Федерации обязательны на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений. Такие же правовые нормы имеются во всех законах о конституционных (уставных) судах субъектов Российской Федерации.

Отрицал прецедентный характер решений органов конституционной юстиции и О.Е. Кутафин. По его мнению, судебный прецедент свойственен английскому праву. В России он никогда не признавался. Вводить прецедент в качестве источника права опасно, потому что "мы никак не можем разобраться даже с законом, научиться его строго соблюдать. Прецедент - это настолько сложная вещь, что здесь требуется очень высокая квалификация юристов".

Вместе с тем необходимо учитывать, что органы конституционной юстиции принимают различные решения: о толковании конституций (уставов), о признании нормативных актов или их частей соответствующими или не соответствующими конституциям (уставам), по результатам рассмотрения споров о компетенции между органами государственной власти и т.д. При этом надо исходить из гетерогенности источников права, формируемых органами конституционной юстиции.

Постановление конституционного или уставного суда о толковании конституции или устава является самостоятельным источником права, отличающимся от других их решений. Такие постановления являются обязательными для всех правоприменителей. Давая разъяснение конституционным нормам, Суд совершенствует конституцию, приспосабливает ее к новым условиям, определяет содержание конституционных норм и границы их использования. Юридическая сила таких постановлений находится на одном уровне с юридической силой конституции или устава. Однако не следует забывать, что толкование базируется на нормах конституции (устава) и отражает ее содержание. Это косвенный источник права, производный от основного закона.

Если обнаруживается неопределенность положений конституции или устава, то без толкования невозможно их правильное применение. Примером может служить Постановление Конституционного суда Республики Коми по делу о толковании ч. 1 ст. 2 Конституции Республики Коми от 11 ноября 2008 г. Глава Республики Коми обратился в Конституционный суд Республики Коми с запросом о толковании конституционной нормы, устанавливающей, что источником власти Республики Коми является ее многонациональный народ. Поводом для обращения явился протест Прокурора Республики Коми о том, что эта норма противоречит Конституции Российской Федерации, которая не допускает какого-либо носителя суверенитета и источника власти, помимо многонационального народа России, и, следовательно, не предполагает какого-либо иного государственного суверенитета, помимо суверенитета Российской Федерации.

В постановлении Суд указал, что содержащееся в ч. 1 ст. 2 Конституции Республики Коми положение о том, что источником власти Республики Коми является ее многонациональный народ, означает народовластие или суверенитет народа, а не государственный суверенитет. Народ осуществляет власть в соответствии с широкими правами, предоставленными Конституцией. Наиболее общим, интегрирующим все другие политические права и свободы является право участвовать в управлении делами республики. Осуществление этого права выражается в различных формах, как непосредственно, так и через своих представителей. Непосредственными формами демократии являются участие граждан в референдуме, всенародном голосовании по важнейшим вопросам региональной и местной жизни, а также путем реализации права избирать и быть избранными в органы государственной власти и местного самоуправления. Народу Республики Коми принадлежит вся полнота власти в Республике Коми вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и Республики Коми.

Также самостоятельным источником права является постановление органа конституционной юстиции, признающее положение закона или другого нормативного акта соответствующим или не соответствующим конституции. Однако, по нашему мнению, юридическая сила этих постановлений различна. Решение суда о признании положений закона неконституционным, является специальным источником права, отменяющим его действие. Оно обладает юридической силой, равной юридической силе самой конституции или устава. Такое решение является окончательным, не подлежит обжалованию, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами или должностными лицами.

Другое дело - постановление конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации о признании нормативного акта соответствующих конституции или уставу. Принятие таких постановлений, по нашему мнению, не относится к правотворческой деятельности. Безусловно, правоприменитель в последующем будет учитывать, что данная норма была признана судом конституционной, но она бы использовалась и при отсутствии постановления суда. В данном случае суд не вышел за пределы нормативного акта и не сказал о нем больше, чем орган, принявший нормативный акт.

В последние годы в юридической литературе стал употребляться термин "правовая позиция Конституционного Суда РФ и конституционных (уставных) судов субъектов РФ". В качестве научной категории впервые он был использован в ст. 73 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", установившей, что, "в случае, если большинство участвующих в заседании палаты судей склоняются к необходимости принять решение, не соответствующее правовой позиции, выраженной в ранее принятых решениях Конституционного Суда Российской Федерации, дело передается на рассмотрение в пленарное заседание".

Однако до настоящего времени наука так и не выработала однозначного определения понятия "правовая позиция конституционного (уставного) суда". Хотя большинство исследователей приходят к выводу, что это интерпретация судом конституционно-правовых принципов и норм, служащих правовым основанием для принятия итоговых решений. В большинстве случаев правовые позиции излагаются в мотивировочных частях решений.

Правовые позиции высказываются в решениях органов конституционной юстиции. Однако решение конституционного (уставного) суда и его правовая позиция - это разные понятия. По справедливому замечанию Г.А. Гаджиева, постановление Конституционного Суда в целом посвящено решению одной проблемы: соответствует или не соответствует Конституции норма, которая оспаривается заявителем. Предмет рассмотрения Суда предопределяется предметом обращения - это та конкретная норма, по поводу которой осуществляется конституционное судопроизводство. Содержание этой нормы определяется правовой позицией законодательного органа. Однако аналогичное содержание может присутствовать и в других законах, а также подзаконных актах.

Оспариваемая в Суде норма - это всегда конкретная правовая норма, но выводы Конституционного Суда в связи с проверкой ее конституционности, основанные на истолковании конституционных норм и принципов, имеют, как правило, гораздо более общее значение. Эти выводы могут быть распространены и на аналогичные по юридическому содержанию нормы, содержащиеся в других законах и подзаконных актах. Правовая позиция Конституционного Суда представляет собой обнаруженный на примере исследования конституционности оспариваемой нормы принцип решения группы аналогичных дел. Н. В. Витрук считает, что "правовые позиции Конституционного Суда имеют такую же юридическую силу, как и сами решения Конституционного Суда, поэтому вторым характерным свойством правовых позиций является их официальный, обязательный характер. Они приравниваются к юридической силе самой Конституции. Однако нельзя говорить о равенстве юридической силы правовых позиций и решений органов конституционной юстиции. Российский законодатель по-иному оценивает юридическую силу правовых позиций этих судов. Статья 80 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" устанавливает обязанность государственных органов и должностных лиц по приведению законов и иных нормативных актов в соответствие с Конституцией РФ в связи с решением Конституционного Суда. Этой же статьей предусмотрена ответственность законодательного органа государственной власти субъекта РФ и высшего должностного лица субъекта РФ. Ответственность наступает, если орган после опубликования решения Конституционного Суда не отменил признанный неконституционным нормативный акт, не принял новый нормативный акт либо не внес изменения и (или) дополнения в нормативный акт, признанный неконституционным в отдельной его части.

В соответствии с ч. 2 ст. 71 данного закона итоговое решение Конституционного Суда по делам о проверке на соответствие Конституции РФ нормативных актов именуется постановлением. Следовательно, ответственность наступает на невыполнение постановлений Конституционного Суда, но никак не за невыполнение его правовых позиций.

В.А. Кряжков утверждает, что "юридически обязательны, видимо, некоторые из правовых позиций - это те, которые прописаны в решениях о толковании Конституции (они общеобязательны), а также содержащиеся в резолютивной части иных решений во взаимосвязи с выводами их мотивировочной части. Другие позиции имеют юридически ориентирующий и координирующий смысл".

Глава II. Исполнение решений Конституционного Суда РФ

2.1 Толкование законов в соответствии с Конституцией как обязанность всех правоприменителей

В правовом государстве любое толкование закона должно быть согласовано с конституционными принципами и аксиомами, что исключает толкование, основанное на произвольности. Чем упорнее человек пытается применить к любой ситуации решение искаженное произвольностями, тем больше произвольностей нужно будет ввести.Под произвольностью в данном случае мы понимаем фактор, введенный в решение проблемы, который берет начало не из конституционных принципов и аксиом, а только во мнении или авторитарной команде. Хотя и существует точка зрения, что принцип - это положение, выводимое из закона, более правильным является суждение о то, что именно нормы должны быть сформулированы в соответствии с принципами и судебная практика должна им следовать.

В Определении Конституционного Суда РФ №556-О-Р от 11 ноября 2008 был поддержан взгляд, что в случаях выявления Конституционным Судом РФ конституционно-правового смысла нормы, нельзя лишать лицо, инициировавшее производство в Конституционном Суде РФ, награды, обещанной законодателем в ст. 100 ФКЗ "О Конституционном Суде РФ", за правовую активность в виде возможности пересмотра дела. Ведь благодаря этим лицам стало возможным исключение из правового поля России применение норм в противоречии с конституционно-правовым смыслом.

Как указал Конституционный Суд РФ в Определении №556-О-Р "...иное - вопреки требованиям и предназначению статьи 125 (части 4 и 6) Конституции Российской Федерации, а также статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" - приводило бы к невозможности исполнения решения Конституционного Суда Российской Федерации и потому лишало бы смысла обращение заявителей в Конституционный Суд Российской Федерации, делая иллюзорным предоставленный гражданам и их объединениям способ защиты своих прав с помощью конституционного правосудия".

Попытки Верховного Суда РФ оправдать судебные ошибки, допущенные в Постановлениях Президиума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2005 года по делам ОАО "Хакасэнерго", тем, что положения Постановления №2-П от 05.02.2007 не могли быть учтены в 2005 году, содержат в себе отрицание обязанности судов толковать положения Гражданского процессуального кодекса с точки зрения смысла и целей гарантируемых Конституцией основных прав и свобод. Из данной обязанности следует применять нормы ГПК РФ в строгом соответствии с толкованием, вытекающим из Конституции РФ.

2.2 Решение Конституционного Суда РФ как юридический факт

Решение Конституционного Суда РФ, в котором выявлен конституционно-правовой смысл нормы, является юридическим фактом, лишь подтверждающим другой юридический факт - факт того, что ранее существовавшее толкование нормы было неконституционным и было основано на произвольности, в противоречии с конституционными принципами.

Учитывая, что возбуждение конституционного судопроизводства происходит по жалобам лишь в случаях, когда без признания оспариваемого закона неконституционным нарушенные права и свободы гражданина не могут быть восстановлены иным образом, а также то, что Конституционный Суд осуществляет конкретный нормоконтроль, проверяя также примененность оспариваемых норм, можно утверждать, что Конституционный Суд устанавливает также факт нарушения конституционных прав применением неконституционной нормы либо ее неконституционным толкованием.

Таким образом, решением Конституционного Суда определяются два юридических факта. Если первый юридический факт в виде установления неконституционности нормы (факт нарушения требований Конституции законодателем) либо неконституционное ее истолкование правоприменителем имеет значение для широкого круга лиц, то второй юридический факт - нарушение конституционных прав применением неконституционной нормы либо ее применением в соответствии с неконституционным толкованием имеет значение для заявителей. Именно совокупность данных юридических фактов и создает возможность заявителям возбуждать процедуру пересмотра ранее вынесенных судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

2.3 Действие во времени решения Конституционного Суда

Профессор Г. Кельзен, допуская возможность ограничения действия акта органа конституционной юстиции, полагал, что в компетенции конституционного суда при отмене закона восстанавливать право, существовавшее до вступления в силу отмененного акта, поскольку другой подход уменьшал бы интерес передачи неконституционных законов в конституционный суд.Надо отметить, что при подготовке проекта Конституции РФ Верховный Суд РФ в письме от 16 октября 1991 года придерживался позиции, что неконституционные акты должны утрачивать свою силу с момента их издания, когда это связано с восстановлением нарушенных прав.

Решение вопроса о возможном ограничении ретроспективного действия и способа исполнения решения Конституционного Суда целиком и полностью находится в компетенции Конституционного Суда РФ (п.12 ст. 79 ФКЗ "О Конституционном Суде РФ) и ни один государственный орган не вправе давать ограничительное толкование решениям Конституционного Суда РФ.

Сам по себе факт отсутствия в процессуальном законодательстве нормы предусматривающей пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам, когда Конституционный Суд не признал норму неконституционной, а лишь выявил ее конституционно-правовой смысл, не должно быть препятствием для самого пересмотра. Поскольку действие Конституции не может быть ограничено ни нормами закона, ни их отсутствием.

Правовые позиции, выраженные в Определении Конституционного Суда РФ от 11 ноября 2008 N 556-О-Р могут стать надежной гарантией надлежащего исполнения решений Конституционного Суда РФ, а также помогут улучшить состояние конституционной законности в правоприменительной практике.

Решения Конституционного Суда РФ носят правоподверждающий характер. Так, например, использование Конституционным Судом РФ в п. 7 разъясняемого Постановления термина "выявленный" говорит о том, что Конституционный Суд РФ не создал новой нормы, а лишь выявил конституционно-правовой смысл действующих норм.

Соответственно, возникает проблема разрешения противоречия между интерпретацией нормы правоприменителем и конституционно-правовым ее смыслом, выявленным Конституционным Судом.

Подход, основанный на ст.15 Конституции РФ, как предполагающей соответствие законов Конституции РФ, приводит к тому, что толкование, данное правоприменителем, расходящееся с выявленным конституционно-правовым смыслом, является неконстититуционным с момента появления такого толкования. Однако, проблема противоречия констатацией неконституционности не исчерпывается. Необходимо было также разрешить вопрос о правовых последствиях такого вывода.

В качестве единственной причины ограничения правовых последствий неконституционности толкования нормы закона для лиц, не участвовавших в конституционном судопроизводстве, в виде возможности пересмотра только тех судебных актов, которые не были исполнены, и утрата силы неконституционной нормы на будущее время основано на требовании обеспечения стабильности, правовой определенности, прочности права, без которых немыслимо правовое государство.

Принцип верховенства права требует, чтобы в том случае, когда установлена судебная ошибка, которой нарушены права, были предприняты меры по восстановлению нарушенных прав (restitutio in integrum). В ситуации, когда суды общей юрисдикции не обнаружили нарушения прав и свобод человека и допустили применение неконституционного толкования, что стало очевидно после решения Конституционного Суда РФ, гарантии государственной защиты прав и свобод человека, предусмотренные ст.45 Конституции РФ определяют необходимость пересмотра ранее вынесенных судебных актов.

На практике возникают ситуации, когда сторона судебного процесса надлежащим образом ставила вопрос о неконституционном толковании судебной практикой норм, подлежащих применению, либо уже примененных в деле, но суд, однако, применил неконституционное толкование, а его решение, основанное на неконституционном толковании, было исполнено. То есть для лица, участвующего в деле была очевидна неправосудность акта. В описанной ситуации было бы неправильно лишить данное лицо возможности просить пересмотра ранее вынесенных судебных актов, основанных на неконституционном толковании, несмотря даже и на то, что данное лицо не участвовало в конституционном процессе. Непредоставление такому лицу права на пересмотр нарушит баланс между принципами справедливости и стабильности судебных актов.

2.4 Восстановление конституционно-правовой интерпретации нормы Конституционным Судом

Конституционный Суд РФ в Определении 556-О-Р указал, что при установлении придания норме неконституционного смысла в результате не адекватного Конституции РФ ее истолкования правоприменителем, Конституционный Суд РФ вправе, не устраняя саму норму из правовой системы, - восстановить ее конституционно-правовую интерпретацию, признав не противоречащей Конституции Российской Федерации в выявленном в результате конституционного судопроизводства конституционно-правовом смысле. Тем самым, Конституционный Суд РФ указал, что его акты носят правоподверждающий характер, которые лишь восстанавливают существовавшее конституционно-правовое понимание нормы.

В тоже время, Конституционный Суд РФ указал, что юридическое последствие решения Конституционного Суда Российской Федерации, которым выявляется конституционно-правовой смысл нормы, - прекращение ее действия (а значит, и применения) в неконституционном истолковании и, следовательно, утрата ею силы на будущее время в любом ином, расходящемся с выявленным конституционно-правовым смыслом, допускавшемся ранее понимании. Это означает, что такая норма - по общему правилу, вытекающему из частей первой и третьей статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", - с момента вступления решения Конституционного Суда Российской Федерации в силу не должна толковаться каким-либо иным образом и применяться в каком-либо ином смысле.

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации указал о возможности в решении иного определения порядка его вступления в силу, так и порядок, сроки и особенности исполнения (пункт 12 части первой статьи 75 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"), в том числе отсрочить исполнение данного решения, что может быть обусловлено, в частности, необходимостью обеспечения стабильности правоотношений в интересах субъектов права.

В тоже время, Конституционный Суд РФ указал, что из положений частей 4 и 6 статьи 125 Конституции Российской Федерации, части третьей статьи 79 и части второй статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" и основанных на них правовых позиций, выраженных в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2004 года № 78-О, следует, что решение Конституционного Суда Российской Федерации, которым в результате выявления конституционно-правового смысла нормы устраняется ее действие в неконституционном истолковании, обладает обратной силой в отношении дел заявителей, обратившихся в Конституционный Суд Российской Федерации, т.е. имеет те же последствия, что и решение, которым норма признается не соответствующей Конституции Российской Федерации. Дела этих заявителей во всяком случае подлежат пересмотру компетентными органами безотносительно к истечению пресекательных сроков обращения в эти органы и независимо от того, предусмотрены ли соответствующие основания для пересмотра дела в иных, помимо Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", актах.

Есть еще одна ситуация, которая должна быть рассмотрена подробнее. Это ситуация, когда неконституционная норма либо ее неконституционное толкование были применены в споре из публичных правоотношений, когда суд не защитил надлежащим образом от нарушения прав и свобод, гарантируемых Конституцией РФ. Полагаем, что в данной ситуации нельзя говорить том, что государственный орган приобрел какое-либо право в суде (res judicata). Нельзя обрести право на нарушение прав и свобод человека. Все государственные органы в своей деятельности связаны целевыми установками Конституции РФ - "Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства" (ст.2 Конституции РФ).

Согласно ст.18 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Заключение

Акты Конституционного Суда РФ могут выступать источниками конституционного права РФ. При этом в отечественной правовой науке уже длительное время идёт дискуссия о том, являются ли решения Конституционного Суда нормативными актами, судебными прецедентами, правовыми преюдициями и т.д.

Акт отмены Конституционным Судом законодательного акта, осуществляемый конституционными судами зарубежных стран - это акт нормативного характера, стоящий выше отменяемого закона. Бесспорно, однако, что они близки к Конституции и по их юридической силе тождественны конституционным законам, являясь их нетрадиционной разновидностью. Исходя из этого можно определить юридическую силу решений Конституционного Суда РФ как меньшую, нежели у конституционных законов, но большую, чем у федеральных нормативных актов.

Относительно же актов Конституционного Суда РФ по абстрактному толкованию Конституции РФ отметим, что они, безусловно, являются источниками конституционного права России. Наглядно это подтверждает знаменитое Постановление Конституционного Суда РФ от 11 декабря 1998 г. N 28-П "По делу о толковании положений части 4 статьи 111 Конституции Российской Федерации". Благодаря этому Постановлению была легитимирована практика представления Президентом РФ несколько раз одной и той же кандидатуры на должность Председателя Правительства РФ в Государственную Думу Российской Федерации. Между тем в ч. 4 ст. 111 употребляется понятие "кандидатур" (во множественном числе), таким образом, именно Постановление Конституционного Суда РФ о толковании данной статьи Конституции фактически вводит новое правило поведения.

Решения Конституционного Суда в строгом смысле не обладают нормативностью, и хотя в них возможно обнаружить признаки таковой, имеют место и признаки, затрудняющие отнесение решений Конституционного Суда РФ к нормативным актам.

Решения Конституционного Суда РФ по своей юридической силе превосходят федеральные нормативные акты, хотя, безусловно, в случае частичной отмены акта становятся в определенном смысле частью его содержания.

Акты Конституционного Суда Российской Федерации, не являясь в строгом смысле нормативными актами, не являясь при этом и судебными прецедентами, выступают источником конституционного права России в случаях признания нормативных актов противоречащими Конституции РФ, в случае абстрактного толкования (не в связи с конкретным делом) Конституции РФ и установлении конституционно-правового смысла федеральных законов.

Список использованной литературы

Федеральный конституционный закон "О судебной системе Российской Федерации" № 1-ФКЗ от 31 декабря 1996 г. // Федеральное законодательство. М., 1997.

Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" //СЗ РФ. 1994. № 13. Ст. 1447.

Virflly М. La pensee guridigue. LGDJ, 1960.

Авакьян С.А. Нормативное значение решений конституционных судов//Юридическая природа актов конституционных судов Республики Болгария и Российской Федерации, София, 2004.

Бержель Ж.-Л. Общая теория права. М., 2000.

Богданова Н.А. Конституционный Суд Российской Федерации в системе конституционного права //Вестник Конституционного Суда Российской Федерации 1997.№3.

Витрук Н.В. Конституционное правосудие в России (1991-2001 гг.). М.: Городец. 2001.

Витрук Н.В. Конституционное правосудие в России. М., 2001.

Гаджиев Г.А. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 1999. № 3.

Захаров В.В. Решения Конституционного Суда РФ в системе источников российского права // Журнал российского права. 2006. № 11

Зорькин В.Д. Россия и Конституция в XXI веке. Взгляд с Ильинки. М.: Норма. 2007. С. 116-117.

Конституционное право. Энциклопедический словарь / под ред. С.А. Авакьяна. М.: Норма. 2000.

Кряжков В.А., Лазарев Л.В. Конституционная юстиция в Российской Федерации. М.: БЕК. 1998.

Кутафин О.Е. Ответы на вопросы РЮЖ// Российский юридический журнал. 2008. № 6.

Лазарев В.В. Техника учета решений Конституционного Суда Российской Федерации //Журнал российского права. 1997. № 11.

Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. М.: Формула право. 2006.

Марокко Н.А, О правовой природе решений Конституционного Суда Российской Федерации // Российский судья, 2006. № 6.

Нерсесянц B.C. Суд не законодательствует и не управляет, а применяет право (О правоприменительной природе судебных органов) // Судебная практика как источник права. М., 1997.

Пряхина Т.М. Конституционная доктрина Российской Федерации. М., 2006.

Теория права и государства / под ред. Манова Г.Н. М.: БЕК. 1995.

Хабриева Т.Я. Процессуальные вопросы толкования Конституции в деятельности Конституционного Суда Российской Федерации //Государство и право. 1996. № 10.

Петрушев В.А. О юридической природе постановлений Конституционного Суда РФ о толковании Конституции РФ //Конституционное и муниципальное право, 2007, № 11

Малюшин А.А. Интерпретация правовых норм Конституционным Судом Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право, 2009, № 15

Глоссарий

№№ПонятиеОпределение1Конституционный Суд Российской Федерации (в текстах Конституции РФ и российских нормативных актов второе слово пишется с прописной буквы - Конституционный Суд; написание суд со строчной буквы является нормативным) - судебный орган конституционного контроля, самостоятельно осуществляющий судебную власть посредством конституционного судопроизводства.2Конституционный контрольособый вид правоохранительной деятельности. Заключается в проверке соответствия законов и иных нормативных актов конституции данной страны. Существуют предварительный контроль, который осуществляется до вступления в силу закона, и последующий (в отношении действующих законов).3Судебная система Российской Федерации система специализированных органов государственной власти (судов), осуществляющих правосудие на территории Российской Федерации.4Правосудие (юстиция)вид правоохранительной и правоприменительной государственной деятельности, в которой реализуется судебная власть5Судебный прецедентрешение суда по конкретному делу, имеющее силу источника права.6Судгосударственный орган, осуществляющий правосудие в форме рассмотрения и разрешения уголовных, административных, гражданских и иных категорий дел в установленном законом конкретного государства процессуальном порядке.7Судебная власть в конституционном праве система органов, на которые законом возлагается осуществление правосудия.8Федеральный конституционный закон Российской Федерации разновидность федеральных законодательных актов, принимаемых в соответствии с Конституцией Российской Федерации по вопросам, предусмотренным Конституцией. Федеральный конституционный закон обладает повышенной юридической силой по сравнению с федеральным законом - федеральные законы не должны противоречить федеральным конституционным законам.9Решение Конституционного Суда Российской Федерацииправовой акт, принятый Конституционным Судом РФ или его палатой на основе рассмотренного им вопроса, имеющего конституционное значение; принимается открытым голосованием путем поименного опроса судей.10Определение Конституционного Сударешение, которое не может быть принято в форме постановления

Похожие работы на - Юридическая природа решений Конституционного Суда Российской Федерации, проблемы их исполнения

Появление в России института конституционного контроля повлекло за собой существенные изменения в развитии российского конституционного права, касающиеся регламентации статуса Конституционного суда РФ, его взаимоотношений с другими органами государственной власти, конституционного судопроизводства как на федеральном, так и на региональном уровне и т. д. Однако проблема взаимодействия специализированного органа конституционного контроля, которым является Конституционный суд РФ, и российской правовой системы не сводится только лишь к появлению необходимости урегулирования отношений в сфере конституционного правосудия. Существует и другой, как представляется, еще более важный аспект рассмотрения обозначенной проблемы - воздействие на российскую правовую систему самой деятельности Конституционного суда, а точнее, роль и значение для российского правотворчества, правореализации, а также конституционной культуры российского общества его решений.

Одним из наиболее дискуссионных на сегодняшний день остается вопрос о юридической природе решений Конституционного суда РФ. В юридической литературе отсутствует единое мнение по данной проблеме, достаточно часто ученые обращаются к вопросу о том, являются или нет эти решения источниками российского права.

Сторонники нормативистской концепции права рассматривают в качестве единственного источника права нормативно-правовой акт и, исходя из идеи разделения властей, считают недопустимой подмену законодательных решений актами органов, осуществляющих правосудие, пусть даже и конституционное. Такой подход, на наш взгляд, не выдерживает критики, поскольку разделение властей вовсе не предполагает возможности осуществления правотворческой деятельности только законодательными органами. Ведь исполнительные органы не выводятся из круга субъектов данного вида юридической практики.

Конечно, роль Конституционного суда РФ в правотворческом процессе довольно специфична, что объясняется его юрисдикционной природой, предполагающей, что назначение данного органа государственной власти, прежде всего, состоит в использовании и применении конституционных норм. На этом основании некоторые авторы делают заключение о том, что Конституционный суд РФ ни при проверке конституционности отдельных актов или их положений, ни при разрешении споров о компетенции, ни при толковании Конституции РФ не создает новых норм, а выступает соответственно в роли «блюстителя юридической строгости правовой системы, института, в определенной мере сдерживающего и дисциплинирующего законодательную и исполнительную власть в их правотворческой деятельности», выполняет функцию арбитра, традиционную для судебного органа, «раздвигает или уточняет содержание сформулированного в Конституции нормативного установления исходя из его буквы и смысла с целью наиболее точного понимания и единообразного применения толкуемого конституционного положения». В итоге решения Конституционного суда рассматриваются лишь в качестве источника науки конституционного права, не носящего свойства нормативности .

Не придерживаясь данной точки зрения, отметим, что деятельность Конституционного суда РФ играла и играет значительную роль не только в развитии конституционно-правовой науки, но и в становлении современного российского конституционализма и, прежде всего, российского Основного Закона.

Нельзя не согласиться с профессором Н. С. Бондарем, который, рассматривая деятельность органов конституционного правосудия как универсального института разрешения социальных противоречий, отмечает, что эта деятельность не исчерпывается правоприменением, а «имеет значительно более сложный характер: получая институционное оформление прежде всего как правоприменительный юрисдикционный процесс, конституционное правосудие - и это становится все более очевидным для современной юриспруденции - в своих итогово-правовых характеристиках сближается с нормативно-установительной юридической практикой, с правотворчеством» и определяет Конституционный суд в качестве квазиправотворческого органа, имея ввиду, что «квазихарактеристикой подчеркивается не мнимый, а специфический, не классически-правотворческий статус данного органа» .

ее юридической силы (ст. 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном суде Российской Федерации»), а значит, отменяет ее. Следовательно, соответствующее решение Конституционного суда не лишено свойств нормативного акта, направленного, как известно, не только на установление правовых норм, но и на их изменение, отмену, или на изменение сферы их действия. В данном случае Конституционный суд РФ играет роль «негативного законодателя». Однако несмотря на то, что в деятельности Конституционного суда РФ данный способ участия в правотворческом процессе является преобладающим, его нельзя рассматривать в качестве единственного канала воздействия на процесс воплощения в жизнь конституционных предписаний, их конкретизации в текущем законодательстве.

В силу установленного самой Конституцией особо «жесткого» порядка ее пересмотра и внесения конституционных поправок, несовершенства законодательства Конституционный суд РФ, осуществляя конституционный контроль и давая официальное, обязательное для всех субъектов права толкование ее положений, неизбежно выступает и в качестве «положительного законодателя». Здесь речь идет не о праве законодательной инициативы, которым Конституционный суд наделен в соответствии с ч. 1 ст. 104 Конституции РФ, поскольку в этом случае его участие в законотворческом процессе только инициативой и ограничивается. Речь идет о возможности Конституционного суда РФ выносить решения, фактически создающие новые нормы, не изменяя текст Конституции, совершенствовать смысл конституционных положений посредством официального толкования.

Как отмечает председатель Конституционного суда РФ профессор В. Д. Зорькин, «юридическая сила итоговых решений Конституционного суда превышает юридическую силу любого закона, а соответственно, практически равна юридической силе самой Конституции, которую уже нельзя применять в отрыве от итоговых решений Конституционного суда, относящихся к соответствующим нормам, и тем более вопреки этим решениям», а «любое толкование высшего закона страны, которое дается Конституционным судом в его правовых позициях, имеет конституционную силу» .

Следует отметить, что деятельность по толкованию конституционных положений не ограничивается реализацией Конституционным судом РФ предоставленного ему ч. 5 ст. 125 Конституции полномочия. Интерпретация конституционных принципов и норм, раскрывающая их смысл, является сутью деятельности Конституционного суда, поскольку он опирается на нее при реализации большинства своих полномочий. Вне толкования конституционных предписаний невозможны ни проверка конституционности различных нормативных правовых актов органов государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, договоров между ними, ни вступивших в силу международных договоров России, ни рассмотрение споров о компетенции между органами государственной власти в Российской Федерации, ни рассмотрение по жалобам граждан и запросам судов вопросов о конституционности законов, примененных или подлежащих применению в конкретном деле, ни решение вопроса о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления. Таким образом, реализация всех полномочий Конституционного суда РФ предполагает интерпретацию им конституционных положений, используемых в каждом конкретном случае.

На нормативное значение, прецедентный характер решений Конституционного суда РФ, их нормативно-интерпретационную природу исключительно важное и положительное влияние на законотворческую и правоприменительную практику социальной защиты граждан, значительное влияние на правовое регулирование земельных отношений, развитие законодательства об административной ответственности и т. д. обращают внимание многие специалисты .

Между тем речь не идет о вторжении конституционного судебного контроля в сферу полномочий законодательных или исполнительных органов власти. Конституционный суд призван обеспечить баланс между социальной защищенностью и личной свободой, поддержкой нуждающихся и экономической эффективностью, обеспечением социального мира и созданием условий для динамического развития. При этом Конституционный суд не вправе подменять законодателя, давая оценку целесообразности и экономической обоснованности его решений и не может устанавливать виды льгот, конкретные размеры пенсий, пособий и т. п. Однако Конституционный суд РФ имеет возможность воздействовать на органы законодательной власти, обозначая конституционные ориентиры их законотворческой деятельности .

Принимаемые Конституционным судом решения общеобязательны, причем не только для сторон по конкретному делу, но и для других субъектов права, что придает им прецедентный характер. Выработанная в нем правовая позиция становится образцом, которым в обязательном порядке должны руководствоваться другие органы государственной власти, должностные лица при разрешении вопросов на основе актов содержащих аналогичные признанным неконституционными нормам. Такой характер решений Конституционного суда имеет законодательное закрепление. Так в ч. 2 ст. 87 Федерального конституционного закона «О Конституционном суде Российской Федерации» закреплено, что признание не соответствующим Конституции РФ федерального закона, нормативного акта Президента РФ, нормативного акта Правительства РФ, договора или отдельных их положений является основанием для отмены в установленном порядке положений других нормативных актов либо договоров, основанных на признанном неконституционным полностью или частично нормативном акте либо договоре либо воспроизводящих их или содержащих такие же положения, какие были признаны неконституционными. А согласно ч. 3 ст. 87 данного закона признание не соответствующими Конституции РФ нормативного акта субъекта Российской Федерации, договора субъекта Российской Федерации или отдельных их положений является основанием для отмены в установленном порядке органами государственной власти других субъектов Российской Федерации положений принятых ими нормативных актов либо заключенных договоров, содержащих такие же положения, какие были признаны неконституционными.

Положения этих нормативных актов или договоров не могут быть применены судами, другими органами и должностными лицами.

Обязательность решений Конституционного суда России является важнейшим свойством, отличающим их от постановлений Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного суда РФ, носящих рекомендательный характер. Несмотря на то, что некоторые авторы рассматривают последние в качестве источников права , их юридическая природа существенно отличается от природы решений Конституционного суда. Критерием их разграничения как раз и является обязательность соответствующих решений для различных субъектов права. Как представляется, наиболее наглядно это демонстрирует расхождение во мнении Верховного суда РФ и Конституционного суда РФ относительно применения судами в процессе осуществления правосудия Конституции Российской Федерации, выразившееся в итоговых решениях (постановлениях) соответствующих органов, отразивших диаметрально противоположные позиции по одной той же проблеме .

В целом, можно выделить ряд свойств постановлений Конституционного суда РФ, раскрывающих их нормативную природу, позволяющих рассматривать их в качестве источников российского права, способных в большей мере, нежели все остальные нормативные акты, развивать заложенные в Конституции идеи и принципы:

а) постановления о толковании положений Конституции РФ, о проверке конституционности актов, перечисленных в ч. 2 ст. 125 Конституции РФ, о разрешении компетенционных споров между органами государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, могут приниматься только Конституционным судом РФ;

б) постановления Конституционного суда РФ общеобязательны и носят прецедентный характер;

в) постановления Конституционного суда РФ не требуют дополнительного подтверждения другими государственными органами, имеют юридическую силу, превышающую силу федеральных законов;

г) постановления Конституционного суда подлежат опубликованию в официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации, а также субъектов Российской Федерации, которых оно касается;

д) решения Конституционного суда РФ окончательны, обжалованию не подлежат и вступают в силу немедленно после их провозглашения (ч. 1 ст. 79 Закона «О Конституционном суде Российской Федерации»).

Последняя характеристика решений Конституционного суда РФ оценивается специалистами неоднозначно. Профессор М. И. Байтин рассматривает ч. 1 ст. 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном суде Российской Федерации» как норму, ставящую Конституционный суд в особое положение в структуре государственного механизма, противоречащую

конституционному принципу разделения властей, природе правового государства и предлагает возложить на Государственную Думу Федерального Собрания РФ право пересмотра постановлений Конституционного суда, в которых он превышает свои полномочия и вторгается в сферу деятельности законодательной власти, в порядке осуществления ею аутентичного толкования законов и Конституции РФ, которое «само собой разумеется и не нуждается в специальном упоминании в тексте Конституции». В этой связи предлагается внести соответствующие изменения в Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г., причем, по мнению М. И. Байтина, решение этой задачи облегчается тем, что имеется прецедент внесения поправки в данный Закон. Речь идет о ст. 80 данного Закона, которая изначально включала в себя лишь указание на то, что «решение Конституционного суда Российской Федерации подлежит исполнению немедленно после опубликования либо вручения его официального текста, если иные сроки специально в нем не оговорены», а Федеральным конституционным законом от 15 декабря 2001 г. в нее были включены обязанности государственных органов и должностных лиц по приведению законов и иных нормативных актов в соответствие с Конституцией РФ в связи с решением Конституционного суда РФ. Из этого делается вывод, что решения Конституционного суда подлежат не немедленному исполнению, а лишь после внесения в установленные сроки соответствующих изменений в закон или иной нормативный акт Российской Федерации и ее субъектов .

На наш взгляд, с такой позицией вряд ли можно согласиться по следующим причинам. Во-первых, как отмечает сам профессор М. И. Байтин, под аутентичным толкованием понимается подлинное, достоверное, основанное на первоисточнике, исходящее от органа, принявшего данный нормативный акт толкование. В этом случае остается неясным, почему «само собой разумеется», что именно Государственная Дума призвана давать аутентичное толкование Конституции РФ, принятой всенародным голосованием. Как представляется, в силу того, что аутентичное толкование акта, принятого на референдуме, в принципе невозможно, предоставление права толковать Конституцию РФ только Конституционному суду РФ преследовало цель обеспечить объективность соответствующих решений. Конституционному суду РФ принадлежит специфическое место в системе органов государственной власти, построенной на основе принципа разделения властей. Будучи органом, не входящим в законодательную и исполнительную ветви власти, он занимает особую нишу и в судебной системе, поскольку, с одной стороны, он является судебным органом, а с другой -занимается специфической сферой деятельности - конституционным судопроизводством, решает исключительно вопросы права, а не факта. В этой связи представляется оправданным предоставление только Конституционному суду полномочий по толкованию основного Закона России. Предоставление соответствующего полномочия законодательному органу лишь ослабит и без того неидеальную модель разделения властей в Российской Федерации.

Во-вторых, изменения и дополнения, внесенные в Федеральный конституционный закон «О Конституционном суде Российской Федерации» в декабре 2001 г., преследовали цель не ослабления значимости решений этого органа, но, напротив, ее усиления. Тот факт, что в связи с решением Конституционного суда соответствующие органы государственной власти Российской Федерации и ее субъектов обязаны предпринять меры по устранению противоречащих Конституции нормативных положений, не означает, что только после этого решение Конституционного суда подлежит исполнению. Само внесение соответствующих изменений в акты, подвергшиеся проверке на соответствие Конституции, уже есть исполнение решения Конституционного суда. Федеральное законодательство предусматривает конкретные меры конституционно-правовой ответственности за их неисполнение. Акты же или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу, а признанные несоответствующими Конституции РФ не вступившие в силу международные договоры РФ не подлежат введению в действие и применению, независимо от принятия необходимых мер органами государственной власти соответствующего уровня.

Литература

1. Богданова Н. А. Конституционный суд РФ в системе конституционного права // Вестник Конституционного суда Российской Федерации. 1997. № 3.

2. Бондарь Н. С. Конституционные ценности - категория действующего права (в контексте практики Конституционного суда России // Журнал конституционного правосудия. 2009. № 6.

3. Зорькин В. Д. Прецедентный характер решений Конституционного суда Российской Федерации // Журнал российского права. 2004. № 12.

4. Бондарь Н. С. Конституционный императив социальных прав (о практике Конституционного суда Российской Федерации по социальной защите граждан) // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 2002. № 2.

5. Лазарев Л. В. Правовые позиции Конституционного суда России. М., 2003.

6. Ломакина Л. А. Влияние правовых позиций Конституционного суда РФ на развитие законодательства об административной ответственности // Журнал российского права. 2012. № 2.

7. Шириновская А. С. К вопросу о влиянии постановлений Конституционного суда РФ на правовое регулирование земельных отношений // Российский юридический журнал. 2012. № 1.

8. Определение Конституционного суда Российской Федерации от 15 февраля 2005 г. № 17-О по жалобе гражданки Енборисовой Прасковьи Федоровны на нарушение ее конституционных прав пунктом 8 статьи 14 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2005. № 16, ст. 1479.

9. Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации. М., 2008.

10. Баринов Э. Э., Бутко А. А., Федоренко С. П. Конституционный суд Российской Федерации -специализированный орган конституционного контроля. Ростов н/Д, 2013.

11. Байтин М. И. О юридической природе решений Конституционного суда РФ // Государство и право. 2006. № 1.

Вопрос 16. Экономические основы конституционного строя рф

Вопрос 17. Принципы социального и правового государства по крф

Вопрос 18. Политические основы конституционного строя. Политический и идеологический плюрализм.

Вопрос 19.Правовой статус общественных объединений. Организационно – правовые формы общественных объединений.

Вопрос 20. Особенности правового статуса пп в рф.

Вопрос 21. Принцип светского государства. Основы взаимоотношений религиозных объединений и государства рф. Правовой статус религиозных объединений

Вопрос 22. Народовластие как основа конституционного строя рф. Виды народовластия.

Вопрос 23. Референдум: понятие, виды,правовое регулирование, вопросы референдума, порядок организации и проведения референдума

5. На референдум не могут выноситься вопросы:

Вопрос 24. Конституционный статус личности: понятие, структура, принципы

Вопрос 25. Конституционные права, свободы и обязанности человека и гражданина: понятие, характеристика. Классификация конституционных прав и свобод.

26. Личные (гражданские) права и свободы человека и гражданина в Российской Федерации: виды, содержание.

27. Политические права и свободы граждан Российской Федерации: виды и содержание.

Вопрос 28: Политические права и свободы

28. Социально-экономические и культурные права и свободы личности в Российской Федерации: виды,содержание.

29. Гарантии конституционных прав и свобод личности в Российской Федерации.

31. Конституционные обязанности человека и гражданина в Российской Федерации.

32. Воинская обязанность граждан рф. Право на замену воинской обязанности альтернативной гражданской-службой

33. Понятие, правовое регулирование и принципы гражданства Российской Федерации.

35. Прекращение гражданства Российской Федерации: правовое регулирование, основания и порядок прекращения.

36. Гражданство детей при изменении гражданства родителей, опекунов и попечителей: правовое регулирование, содержание.

37. Полномочные органы Российской Федерации, ведающие делами о гражданстве Российской-Федерации.

38. Производство по делам о гражданстве Российской Федерации. Обжалование решений по вопросам-гражданства-Российской-Федерации.

39. Основы правового положения иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации. Право убежища

40. Правовой статус беженцев: законодательное определение, приобретение статуса, основы правового-положения.

41. Правовой статус вынужденных переселенцев: законодательное определение, приобретение статуса, основы правового положения.

42. История развития федерации в России.

43. Государственная целостность и единство системы государственной власти как принципы федеративного устройства рф.

44. Принцип равноправия и самоопределения народов в рф и формы его реализации.

45. Государственно-правовые признаки Российской Федерации как суверенного государства по Конституции 1993 года.

46. Принцип разграничения предметов ведения рф и субъектов рф и полномочий органов государственной власти рф и ее субъектов. Правовые формы разграничения предметов ведения и полномочий.

47. Порядок принятия в состав рф нового субъекта Федерации

48. Порядок образования в составе рф нового субъекта Федерации.

49. Государственные символы и правовой статус столицы Российской Федерации.

Федеральный конституционный закон о государственном гербе российской федерации

Федеральный конституционный закон о государственном флаге российской федерации

Закон о статусе столицы российской федерации

50. Понятие и основные элементы конституционно-правового статуса субъектов Российской Федерации

51. Особенности статуса автономных округов и автономной области в Российской Федерации.

53. Принципы избирательного права в Российской Федерации, их гарантии.

54. Понятие избирательного процесса и его стадии (общая характеристика).

4. Формирование избирательной комиссии.(Из. Ком)

5. Составление списка избирателей

6. Выдвижение и регистрация кандидатов

7. Предвыборная агитация (па) и информирование

8. Голосование

9. Подсчет голосов и установление результатов выборов

55.Назначение выборов, образование избирательных округ и участков:

56. Регистрация и составление списков избирателей, формирование избирательных комиссий.

Избирательные комиссии

57. Выдвижение и регистрация кандидатов, список кандидатов. Отказ в регистрации отмена регистрации: основания и порядок.

58. Правовой статус кандидатов, избирательных объединений. Статус кандидатов, инициативной группы по проведению референдума

59. Информирование избирателей и предвыборная агитация. Гарантии прав граждан на получение и распространение информации о выборах и референдумах

60.Финансирование.Выборов.В.Российской.Федерации.

61. Голосование и определение результатов выборов. Порядок определения результатов выборов:

62. Несостоявшиеся выборы. Признание выборов недействительными.

63. Повторное голосование и повторные выборы. Дополнительные выборы.

64. Разделение властей и единство системы органов государственной власти: реализация в Российской Федерации

Реализация системы сдержек и противовесов в Российской Федерации.

Вопрос 65:

66. Условия и порядок выборов президента рф. Федеральный закон о выборах президента российской федерации

Выдвижение и регистрация кандидатов

Глава VII. Информирование избирателей и предвыборная агитация

Глава IX. Голосование и определение результатов выборов президента российской федерации

Глава X. Вступление в должность президента российской федерации

67. Прекращение полномочий Президента рф.

68. Администрация Президент рф.

69. Акты п рф, порядок их опубликования и вступления в силу.

70.Конституционно-правовой-статус-Федерального-Собрания-рф.

Глава 1. Общие положения

Глава 2. Избирательные участки. Списки избирателей

Глава 3. Избирательные комиссии

Глава 5. Политические партии

Глава 6. Выдвижение и регистрация федеральных списков кандидатов

Глава 10. Голосование

Глава 11. Подсчет голосов избирателей. Установление итогов голосования. Определение результатов выборов депутатов государственной думы

72. Порядок формирования Совета Федерации Федерального Собрания рф.

Федеральный закон

О порядке формирования совета федерации федерального

Собрания российской федерации

73. Внутренняя структура и компетенция Государственной Думы Федерального Собрания рф.

1) Ст. 102 Решение вопроса о доверии Правительству.

7) Выдвижение обвинения против Президента рф для отрешения его от должности

3. Назначение на должность, освобождение от должности председателя цб рф.(Банка России)

5) Назначение, освобождение от должности уполномоченного по правам человека.

6) Объявление амнистии

Председатель

Ведение п.Сф

Совет Палаты - коллегиальный орган сф, образованный для подготовки и рассмотрения вопросов деятельности сф. В состав с правом решающего голоса входят:

76. Порядок работы Совета Федерации Федерального Собрания рф.

Глава II. Гарантии деятельности члена совета федерации, депутата государственной думы

78.Роспуск-Государственной-Думы.

79. Законодательный процесс в Российской Федерации: общая характеристика

80. Право законодательной инициативы в Российской Федерации.

81. Порядок рассмотрения, принятия и одобрения федеральных законов.

Федеральный закон

О порядке опубликования и вступления в силу

Федеральных конституционных законов, федеральных

Законов, актов палат федерального собрания

83. Контрольные полномочия Федерального Собрания рф.

84. Правительство рф: функции, порядок формирования, полномочия, акты.

85. Конституционные основы судебной власти в Российской Федерации.

86. Конституционный Суд Российской Федерации: место в судебной системе, структура, основные принципы деятельности.

87. Основания и повод рассмотрения дел в Конституционном Суде рф

88. Решения Конституционного Суда рф: виды и правовая природа..

89. Статус судей Конституционного Суда рф.

90. Законодательные (представительные) органы государственной власти субъектов Российской Федерации: правовое регулирование, основные полномочия; порядок досрочного прекращения полномочий.

93. Конституционно-правовые основы местного самоуправления в Российской Федерации: понятие и принципы. Органы местного самоуправления и должностные лица.

Принципы территориальной организации местного самоуправления

Глава 6. Органы местного самоуправления и должностные лица местного самоуправления

88. Решения Конституционного Суда рф: виды и правовая природа..

По вопросам, отнесенным к ведению КС РФ, КС принимает следующие виды решений:

Постановления КС РФ - итоговые решения КС РФ, принятые по вопросам о соответствии КРФ определенных н.п.а.; о разрешении спора о компетенции между соответствующими субъект-ми органами государственной власти; по вопросам о толковании КРФ.

Заключения - решения принимаются по существу с запросом о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения против Президента РФ для его отрешения от должности.

Определения - оформляются решения КС по иным вопросам, отнесенным к его ведению (например: по процедурным вопросам: отказ КС принять к своему рассмотрению какой-либо запрос)

Решения КС считаются принятыми, если за него проголосовало большинство, участвовавших в голосовании судей. Исключения - принятие решения о толковании К., необходимо 2/3 от общего числа судей КС РФ.

Статья 71. Виды решений

Решение, принятое как в пленарном заседании, так и в заседании палаты Конституционного Суда Российской Федерации, является решением Конституционного Суда Российской Федерации.

Итоговое решение Конституционного Суда Российской Федерации по существу любого из вопросов, перечисленных в пунктах 1, 2, 3 и 4 части первой статьи 3 настоящего Федерального конституционного закона, именуется постановлением. Постановления выносятся именем Российской Федерации.

Итоговое решение Конституционного Суда Российской Федерации по существу запроса о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления именуется заключением.

Все иные решения Конституционного Суда Российской Федерации, принимаемые в ходе осуществления конституционного судопроизводства, именуются определениями.

В заседаниях Конституционного Суда Российской Федерации принимаются также решения по вопросам организации его деятельности.

Статья 72. Принятие решения

Решение Конституционного Суда Российской Федерации принимается открытым голосованием путем поименного опроса судей. Председательствующий во всех случаях голосует последним.

Решение Конституционного Суда Российской Федерации считается принятым при условии, что за него проголосовало большинство участвовавших в голосовании судей, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным конституционным законом.

В случае, если при принятии решения по делу о проверке конституционности нормативного акта, договора между органами государственной власти, не вступившего в силу международного договора Российской Федерации голоса разделились поровну, решение считается принятым в пользу конституционности оспариваемого акта. Решение по спорам о компетенции во всех случаях принимается большинством голосов.

Решение о толковании Конституции Российской Федерации принимается большинством не менее двух третей от общего числа судей.

Судья Конституционного Суда Российской Федерации не вправе воздержаться при голосовании или уклониться от голосования.

Статья 73. Передача дела палатой Конституционного Суда Российской Федерации на рассмотрение в пленарном заседании

В случае, если большинство участвующих в заседании палаты судей склоняются к необходимости принять решение, не соответствующее правовой позиции, выраженной в ранее принятых решениях Конституционного Суда Российской Федерации, дело передается на рассмотрение в пленарное заседание.

Статья 74. Требования, предъявляемые к решениям

Решения Конституционного Суда Российской Федерации должны основываться на материалах, исследованных Конституционным Судом Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации принимает решение по делу, оценивая как буквальный смысл рассматриваемого акта, так и смысл, придаваемый ему официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из его места в системе правовых актов.

Конституционный Суд Российской Федерации принимает постановления и дает заключения только по предмету, указанному в обращении, и лишь в отношении той части акта или компетенции органа, конституционность которых подвергается сомнению в обращении. Конституционный Суд Российской Федерации при принятии решения не связан основаниями и доводами, изложенными в обращении.

Постановления и заключения Конституционного Суда Российской Федерации излагаются в виде отдельных документов с обязательным указанием мотивов их принятия.

Определения Конституционного Суда Российской Федерации оглашаются в заседании и заносятся в протокол, если иное не установлено настоящим Федеральным конституционным законом или решением Конституционного Суда Российской Федерации.

Статья 75. Изложение решения

В решении Конституционного Суда Российской Федерации, излагаемом в виде отдельного документа, в зависимости от характера рассматриваемого вопроса содержатся следующие сведения:

1) наименование решения, дата и место его принятия;

2) персональный состав Конституционного Суда Российской Федерации, принявший решение;

3) необходимые данные о сторонах;

4) формулировка рассматриваемого вопроса, поводы и основания к его рассмотрению;

5) нормы Конституции Российской Федерации и настоящего Федерального конституционного закона, согласно которым Конституционный Суд Российской Федерации вправе рассматривать данный вопрос;

6) требования, содержащиеся в обращении;

7) фактические и иные обстоятельства, установленные Конституционным Судом Российской Федерации;

8) нормы Конституции Российской Федерации и настоящего Федерального конституционного закона, которыми руководствовался Конституционный Суд Российской Федерации при принятии решения;

9) доводы в пользу принятого Конституционным Судом Российской Федерации решения, а при необходимости также доводы, опровергающие утверждения сторон;

10) формулировка решения;

11) указание на окончательность и обязательность решения;

12) порядок вступления решения в силу, а также порядок, сроки и особенности его исполнения и опубликования.

Итоговое решение Конституционного Суда Российской Федерации подписывается всеми судьями, участвовавшими в голосовании.

Статья 76. Особое мнение судьи

Судья Конституционного Суда Российской Федерации, не согласный с решением Конституционного Суда Российской Федерации, вправе письменно изложить свое особое мнение. Особое мнение судьи приобщается к материалам дела и подлежит опубликованию в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации" вместе с решением Конституционного Суда Российской Федерации.

Судья Конституционного Суда Российской Федерации, голосовавший за принятое постановление или заключение по существу рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации вопроса, но оставшийся в меньшинстве при голосовании по какому-либо другому вопросу или по мотивировке принятого решения, вправе письменно изложить свое мнение о несогласии с большинством судей. В таком случае письменное несогласие судьи также приобщается к материалам дела и подлежит опубликованию в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Статья 77. Провозглашение решения

Решение Конституционного Суда Российской Федерации провозглашается в полном объеме в открытом заседании Конституционного Суда Российской Федерации немедленно после его подписания.

Постановления и заключения Конституционного Суда Российской Федерации не позднее чем в двухнедельный срок со дня их подписания направляются:

судьям Конституционного Суда Российской Федерации;

сторонам;

Президенту Российской Федерации, Совету Федерации, Государственной Думе, Правительству Российской Федерации, Уполномоченному по правам человека;

Верховному Суду Российской Федерации, Высшему Арбитражному Суду Российской Федерации, Генеральному прокурору Российской Федерации, министру юстиции Российской Федерации.

Решения Конституционного Суда Российской Федерации могут быть также направлены другим государственным органам и организациям, общественным объединениям, должностным лицам и гражданам.

Постановления и заключения Конституционного Суда Российской Федерации подлежат незамедлительному опубликованию в официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, которых касается принятое решение. Решения Конституционного Суда Российской Федерации публикуются также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации", а при необходимости и в иных изданиях.

Статья 79. Юридическая сила решения

Решение Конституционного Суда Российской Федерации окончательно, не подлежит обжалованию и вступает в силу немедленно после его провозглашения.

Решение Конституционного Суда Российской Федерации действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами. Юридическая сила постановления Конституционного Суда Российской Федерации о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием этого же акта.

Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; признанные не соответствующими Конституции Российской Федерации не вступившие в силу международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению. Решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленных федеральным законом случаях.

В случае, если решением Конституционного Суда Российской Федерации нормативный акт признан не соответствующим Конституции Российской Федерации полностью или частично либо из решения Конституционного Суда Российской Федерации вытекает необходимость устранения пробела в правовом регулировании, государственный орган или должностное лицо, принявшие этот нормативный акт, рассматривают вопрос о принятии нового нормативного акта, который должен, в частности, содержать положения об отмене нормативного акта, признанного не соответствующим Конституции Российской Федерации полностью, либо о внесении необходимых изменений и (или) дополнений в нормативный акт, признанный неконституционным в отдельной его части. До принятия нового нормативного акта непосредственно применяется Конституция Российской Федерации.

Статья 80. Обязанность государственных органов и должностных лиц по приведению законов и иных нормативных актов в соответствие с Конституцией Российской Федерации в связи с решением Конституционного Суда Российской Федерации

В случае, если решением Конституционного Суда Российской Федерации нормативный акт признан не соответствующим Конституции Российской Федерации полностью или частично либо из решения Конституционного Суда Российской Федерации вытекает необходимость устранения пробела в правовом регулировании:

1) Правительство Российской Федерации не позднее трех месяцев после опубликования решения Конституционного Суда Российской Федерации вносит в Государственную Думу проект нового федерального конституционного закона, федерального закона или ряд взаимосвязанных проектов законов либо законопроект о внесении изменений и (или) дополнений в закон, признанный неконституционным в отдельной его части. Указанные законопроекты рассматриваются Государственной Думой во внеочередном порядке;

2) Президент Российской Федерации, Правительство Российской Федерации не позднее двух месяцев после опубликования решения Конституционного Суда Российской Федерации отменяют нормативный акт соответственно Президента Российской Федерации или Правительства Российской Федерации, принимают новый нормативный акт либо вносят изменения и (или) дополнения в нормативный акт, признанный неконституционным в отдельной его части;

3) законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации в течение шести месяцев после опубликования решения Конституционного Суда Российской Федерации вносит необходимые изменения в конституцию (устав) субъекта Российской Федерации, отменяет признанный неконституционным закон субъекта Российской Федерации, принимает новый закон субъекта Российской Федерации или ряд взаимосвязанных законов либо вносит изменения и (или) дополнения в закон субъекта Российской Федерации, признанный неконституционным в отдельной его части. Высшее должностное лицо субъекта Российской Федерации (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) вносит соответствующий законопроект в законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации не позднее двух месяцев после опубликования решения Конституционного Суда Российской Федерации. Если по истечении шести месяцев после опубликования решения Конституционного Суда Российской Федерации законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации не будут приняты предусмотренные настоящим пунктом меры в связи с решением Конституционного Суда Российской Федерации, применяется механизм ответственности, предусмотренный федеральным законодательством;

4) высшее должностное лицо субъекта Российской Федерации (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) не позднее двух месяцев после опубликования решения Конституционного Суда Российской Федерации отменяет признанный неконституционным нормативный акт, принимает новый нормативный акт либо вносит изменения и (или) дополнения в нормативный акт, признанный неконституционным в отдельной его части. Если по истечении двух месяцев после опубликования решения Конституционного Суда Российской Федерации высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) не будут приняты предусмотренные настоящим пунктом меры в связи с решением Конституционного Суда Российской Федерации, применяется механизм ответственности, предусмотренный федеральным законодательством;

5) федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, заключившие признанные полностью или частично не соответствующими Конституции Российской Федерации договор между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, договор между органами государственной власти субъектов Российской Федерации, не позднее двух месяцев после опубликования решения Конституционного Суда Российской Федерации вносят в соответствующий договор изменения и (или) дополнения или прекращают действие договора.

Статья 81. Последствия неисполнения решения

Неисполнение, ненадлежащее исполнение либо воспрепятствование исполнению решения Конституционного Суда Российской Федерации влечет ответственность, установленную федеральным законом.

Статья 82. Исправление неточностей в решении

Конституционный Суд Российской Федерации после провозглашения решения может исправить допущенные в нем неточности в наименованиях, обозначениях, описки и явные редакционные и технические погрешности, о чем выносит определение.

Статья 83. Разъяснение решения

Решение Конституционного Суда Российской Федерации может быть официально разъяснено только самим Конституционным Судом Российской Федерации в пленарном заседании или заседании палаты, принявшей это решение, по ходатайству органов и лиц, имеющих право на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации, других органов и лиц, которым оно направлено.

Вопрос о разъяснении решения Конституционного Суда Российской Федерации рассматривается в пленарном заседании или в заседании палаты, принявшей это решение, с участием ходатайствующего органа или лица. На заседание приглашаются также органы и лица, выступавшие в качестве сторон по рассмотренному делу.

О разъяснении решения Конституционного Суда Российской Федерации выносится определение, излагаемое в виде отдельного документа и подлежащее опубликованию в тех изданиях, где было опубликовано само решение.

Статья 21. Вопросы, рассматриваемые в пленарных заседаниях Конституционного Суда Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации вправе рассмотреть в пленарном заседании любой вопрос, входящий в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации исключительно в пленарных заседаниях:

1) разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации конституций республик и уставов субъектов Российской Федерации;

2) дает толкование Конституции Российской Федерации;

3) дает заключение о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления;

4) принимает послания Конституционного Суда Российской Федерации;

5) решает вопрос о выступлении с законодательной инициативой по вопросам своего ведения.

Конституционный Суд Российской Федерации в пленарных заседаниях также:

2) формирует персональные составы палат Конституционного Суда Российской Федерации;

3) принимает Регламент Конституционного Суда Российской Федерации и вносит в него изменения и дополнения;

4) устанавливает очередность рассмотрения дел в пленарных заседаниях Конституционного Суда Российской Федерации, а также распределяет дела между палатами;

5) принимает решения о приостановлении или прекращении полномочий судьи Конституционного Суда Российской Федерации, а также о досрочном освобождении от должности Председателя или заместителей Председателя Конституционного Суда Российской Федерации.

Статья 22. Вопросы, рассматриваемые в заседаниях палат Конституционного Суда Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в заседаниях палат разрешает дела, отнесенные к ведению Конституционного Суда Российской Федерации и не подлежащие рассмотрению согласно настоящему Федеральному конституционному закону исключительно в пленарных заседаниях.

Конституционный Суд Российской Федерации в заседаниях палат:

1) разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации:

а) федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации;

б) законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации;

в) договоров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, договоров между органами государственной власти субъектов Российской Федерации;

г) не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации;

2) разрешает споры о компетенции:

а) между федеральными органами государственной власти;

б) между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации;

в) между высшими государственными органами субъектов Российской Федерации;

3) по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле.